Batman Apollo появился в полнолуние

 

apetrochenkov

29 марта, 2013

Нынешняя полнолунная ночь ознаменовалась началом продаж нового романа культового писателя Виктор Пелевина «Бэтман Аполло». Продажи романа издательством "Эксмо" были устроены примерно так же, как Apple начинает продажи своего очередного iPhone, -- с организации ажиотажа покупателей в полночь.

"
«Гинеколог протеста» Пелевин, пообещавший объяснить нам механику событий последнего времени, посвящает декабрьским митингам протеста считанное количество страниц. Попутно, в двух-трех фразах отрабатывая такие злободневные темы, как «да или нет» Навального, бунт Pussy Riot, протест Ксении Собчак, борьба с коррупцией, оппозиционеры, путинги и прочие кохи с чубайсами. Весь роман пропитан иронией. Определения «Фейсбука»: «Собаки лайкают, а караван идет». Или вот недвусмысленный привет гаранту Конституции: «Раб на галере всегда гребет хуже, чем зомби, который думает, что он на каноэ».

По словам писателя Дмитрия Быкова, уже прочитавшего новый роман, Пелевин многословно, не жалея ни читателей, ни бумагу, развивает тему одной из ранних повестей — «Затворник и Шестипалый». Грубо говоря, про то, что каждый из нас — для одного бог, для другого — беззащитный цыпленок, смиренный донор «баблоса». Будто писать Пелевину стало настолько скучно и противно, что местами можно подумать, будто роман написал Сегрей Минаев.

Коммерческий успех романа вызывает немалые сомнения. Цена 585 рублей, а в ОЗОН.ру 555 руб. Цена высокая, а ничего нового читатель, даже подсевший на прежние произведения своего кумира, уже не ждет от него. Все как-то измельчало и повторяется. Впрочем, истинные ценители писателя немного потерпят, пока роман сосканируют пираты и бесплатно выложат его текст в интернете.

Роман предваряет предупреждение о присутствии на страницах книги ненормативной лексики, которой, по словам читавших роман, действительно немало. И что же будет с Пелевиным и другими современными писателями, если в Госдуме пройдет поправка Станислава Говорухина, предлагающего запретить ненормативную лексику не только в СМИ, но также в кино и литературе? Вице-премьер Владислав Сурков, которого подозревают в авторстве романа "Околоноля", уже высказался в поддержку предложения Говорухина, хотя в его романе матерщины тоже хватает.

https://apetrochenkov.livejournal.com/512249.html

Виктор Пелевин. Тайшоу Чжуань. Китайская народная сказка. Аудиокнига

 

Эта небольшая аудиокнига содержит рассказ, который в прошлом Виктор Олегович называл «СССР Тайшоу Чжуань. Китайская народная сказка». Впервые он был опубликован в 1991 году в журнале «Знание — сила» (№ 5, 1991) под названием «Правитель».

В своем сюрреалистическом рассказе «СССР Тайшоу Чжуань», который сам автор снабдил подзаголовком «Китайская народная сказка», вместо рыцаря Чунь Юкуня (героя китайского традиционного рассказа «Предание о губернаторе государства Нанькэ») — бездельник Чжан в виртуальном мире становится одним из руководителей СССР. Прежнего лидера СССР у Пелевина называют «Сыном Хлеба», а Чжан получает фамилию «Колбасный». Сын Хлеба может восприниматься как совмещенная карикатура на двоих поздних вождей СССР — Брежнева и Андропова. Но Сына Хлеба в рассказе на какое-то время сменяет Колбасный. Создаётся впечатление, что советское государство под управлением Чжана становится могущественным и процветающим. На самом деле государственность существует там лишь номинально. Упоминая прежнего свиноподобного наместника, который скрывал, что у него отрублена голова, автор сатирически показывает онемение трудящихся и их погружение в мир иллюзий.

Рассказ «СССР Тайшоу Чжуань», как и китайское «Предание», проникнут идеями даосизма. В обоих произведениях важен образ муравейника. Но если в китайской философии муравей является символом всеобщей жизни и способен построить государство на рациональной основе, то у Пелевина муравейник отождествляется с тоталитарным обществом с жёсткой централизацией, полной унификацией и послушанием трудящихся. С муравейниками герои произведений тоже поступают по-разному: Чунь Юкунь в «Предании» попросил друзей не трогать его, а пелевенский Чжан «развёл хлорку в двух вёдрах да и вылил её в люк».

Для меня этот рассказ представляет скорее исторический интерес. Говоря про Китай, Пелевин в рассказе «СССР Тайшоу Чжуань» описывает типичную обстановку советского колхоза. Все беспробудно пьют и никто не способен работать. Чжан работает в коммуне и пьет без удержу. Но к амбару, где, никому не мешая, он напивается, подъезжает длинная черная машина и увозит его в СССР… Заснув в амбаре после очередной грандиозной попойки, он просыпается не только с привычным похмельем, но и с новым именем, должностью и жизнью. Теперь он важный чиновник далекой земли СССР, его зовут товарищ Иван Семенович Колбасный, а в лучших друзьях у него народные артисты, академики и генеральные директора, умелые в боевых искусствах. Но однажды ему предстоит проснуться...

Едва ли Пелевин при всей его фантазии мог тогда представить, что в следующие десятилетия всё радикально переменится: СССР из Старшего Брата Китая после распада страны скатится вниз, а Китай превратится в ведущую мировую державу.

Несколько цитат из рассказа:

«Как известно, наша Вселенная находится в чайнике некоего Люй Дунбиня, продающего всякую мелочь на базаре в Чаньани. Но вот что интересно: Чаньани уже несколько столетий как нет, Люй Дунбинь уже давно не сидит на тамошнем базаре, и его чайник давным‑давно переплавлен или сплющился в лепешку под землей. Этому странному несоответствию – тому, что Вселенная еще существует, а ее вместилище уже погибло – можно, на мой взгляд, предложить только одно разумное объяснение: еще когда Люй Дунбинь дремал за своим прилавком на базаре, в его чайнике шли раскопки развалин бывшей Чаньани, зарастала травой его собственная могила, люди запускали в космос ракеты, выигрывали и проигрывали войны, строили телескопы и танкостроительные… Стоп! Отсюда и начнём.»

«– А кто такой товарищ Колбасный? – поинтересовался он, когда площадь осталась позади.

– Это вы теперь – товарищ Колбасный, – ответил референт.

– Почему это? – спросил Чжан.

– Так решил Сын Хлеба, – ответил референт. – В стране не хватает мяса, и наш повелитель полагает, что если у его наместника будет такая фамилия, трудящиеся успокоятся».

«Что больше всего нравилось Чжану, так это не бесплатная кормежка и выпивка, не все его особняки и любовницы, а здешний народ, трудящиеся. Они были работящие и скромные, с пониманием, – Чжан мог, например, давить их, сколько хотел, колесами своего огромного черного лимузина, и все, кому случалось быть при этом на улице, отворачивались, зная, что это не их дело, а для них главное – не опоздать на работу».

 

«Чжан хотел было спросить, что было дальше и почему это референты все время называют людей трудящимися, но не решился – побоялся попасть впросак. «Да и потом, – подумал он, – может, они и правда не люди, а трудящиеся».

 

Виктор Пелевин. Тайшоу Чжуань. Китайская народная сказка. — Аудиокнига. — Длительность: 30 мин. 34 сек. — Чтец: Всеволод Кузнецов. — Правообладатель: СОЮЗ. — 18+. — (Из серии: RELICS: собрание ранней прозы).

Виктор Пелевин. Тайные виды на гору Фудзи

 

«Тайные виды на гору Фудзи» — шестнадцатый роман Виктора Пелевина, написанный им в 2018 году и вышедший в издательстве «Эксмо». В известной степени этот постмодернистский роман можно отнести к философской прозе, хотя скорее это все же развлекательное чтиво.

Я прочитал почти все романы Пелевина, но это лишь мой седьмой отзыв, так как на ранние его произведения я не писал отзывов. Мое восприятие произведений Пелевина достаточно полно выражено в отзывах, опубликованных ранее. Безусловно, Виктор Олегович талантливый писатель, но совсем не выдающийся (хотя многие фанаты его творчества наверняка считают иначе). Поэтому свой отзыв на роман Пелевина «Ампир В = Empire V» я заканчиваю так:

«Это охуенный писатель, да, — говорил один халдей другому. — Но не охуительный. Охуительных писателей, с моей точки зрения, в России сейчас нет. Охуенных, с другой стороны, с каждым днем становится все больше. Но их у нас всегда было немало. Понимаете, о чем я?»

Охуительные Толстой и Достоевский, окончательно охуев, нервно курят.

То же самое касается и рассматриваемого романа «Тайные виды на гору Фудзи»: местами текст яркий и остроумный, местами просто замечательно смешной, но есть немало мест, где просто довольно-таки скучно читать. О чем роман? Это история двух подростков: мальчика Феди, на которого в школе не обращали внимания, и от природы красивой девочки Тани. Федя тайно влюблен в Таню. Идут годы, дети вырастают. Федя становится миллиардером и олигархом, а Таня все годы пользовалась, ну, гмм, популярностью у богатых мужчин и жила на их щедром содержании. Однако женская красота скоротечна, но олигарх, когда-то подглядывавший за Таней в бане, не забыл своих школьных впечатлений. Появляется бизнесмен Дамиан, и он становится чуть ли не главным персонажем романа, готов выполнять путешествия во времени и осуществлять юношеские мечты. Но, как оказалось, красивая попа не отвечает всем мужским запросам. И годы превращают былую прелестную девушку в нечто совсем иное. За повествованиями об олигархах, феминистках и буддизме скрывается тема поиска счастья. Счастья, которое можно не искать, а купить. Три друга-олигарха, в том числе и Федор Семенович, решаются на покупку. А буддизм служит как бы острой восточной приправой.

Особенно мне показались неинтересными главы, где Пелевин сияет своей непомерной эрудицией по поводу древней индийской философии. Он сыплет заковыристыми индийскими словечками, возможно, надеясь найти отклик у читателя. Но мне кажется, это напрасный труд. Зато в других местах он выдает «на гора» свою теорию вагинального происхождения всего сущего: 13 млрд лет назад произошел не Big Bang, а начались вселенские менструации и роды, которые продолжаются непрерывно с тех пор, из-за чего родилось всё вокруг: звезды, планеты, космическое вещество и все проявления жизни. И тут же он потешается над читателем, выдавая свою теорию веревки смерти, развивая теорию родов и рассуждая про маточный крюк, который автор называет термином пиздокрюк или pussyhook.

Роман может показаться феминистким, так как якобы воспевает матриархат и женское начало во вселенной. Однако воспевание выглядит многословным, но не очень убедительным, а идеи феминизма остаются довольно смехотворными. Пафос автора направлен на то, чтобы «Игуаны» победили «Хуемразь», то есть мужчин. Неологизм «Хуемразь» постоянно мелькает в лексике женщин на страницах романа. Однако персонаж крепкого сложения по имени Жизель оказывается женщиной на тестостероне, у которой обнаруживается аж четыре яйца! Сплошная пародия и стеб. Даже слово «пизда» постепенно вырождается в слово «згыын», то есть в слово «pussy», если забыть переключить клавиатуру с кириллицы на латиницу…

Идеи индийских религий, считающих греховным насильственное прерывание жизни любых живых существ (даже комаров, мух и тараканов) постепенно перетекает в индейские религиозные бредни перерождения красивой шлюхи Татьяны в ящерицу. Местами текст невольно заставляет думать о том, что автор страдает неизлечимым словоблудием, которое тянется из одного романа в другой, и пишет он на самом деле одну и ту же книгу. Генеральная задача автора состоит в том, чтобы каждый год настрогать по контракту с издательством «Эксмо» необходимый объем текста известного качества, скажем, к 1 июля, чтобы новое произведение словестного импровизатора Виктора Пелевина было презентовано в сентябре на очередной московской книжной ярмарке.

Некоторые места романа вполне можно разобрать на афоризмы. Чтобы закончить на этом рассуждения об очередном образце творчества Виктора Пелевина, лучше приведу несколько цитат и отрывков из романа, чтобы почувствовать его стиль и образ мыли.

* * *

Мы живем в эпоху, когда все настолько ясно, что спорить о чем-то с пеной у рта можно разве что в телестудии за деньги.

* * *

Все звери живут просто на Земле; страны – это виртуальные загоны для людей.

* * *

...много золота на шее и руках – это признак не столько богатства, сколько уязвленной нищеты.

* * *

Грести, – подумал он. – Надо опять грести. Все куда-то гребут… Зачем? Ни один ведь пока не доплыл. Ни один…

* * *

Я всю жизнь карабкался вверх по лестнице этого мира и даже не знал, что никакой лестницы под моими ногами нет, а есть только крохотный пятачок, куда я ставлю ногу, и он рассыпается сразу после того, как я ногу поднимаю.

* * *

Многие – вот хотя бы ты – верят, что богатые и могущественные люди получают от жизни больше наслаждения, чем простые смертные. Вера эта крайне наивна, что хорошо знает любой богатый человек. И я могу научно объяснить почему. Много про это думал.

Дело в том, что способность получать удовольствие от физического мира ограничена нашими сенсорными каналами — кожным покровом определенной площади, парными органами зрения, слуха, обоняния — и одним единственным языком с вкусовыми пупырышками. Можно отнести сюда же и гениталии. У этой систему очень узкая, как говорят технари, полоса пропускания.

* * *

– Если вообще, – сказал он решительно, – то девяносто процентов всех стартапов – это чистой воды кидалово.

– Ух ты. Прямо-таки кидалово?

– Ну не в прямом уголовном смысле. Просто их начинают с одной целью – создать видимость движухи, чего-то такого многообещающего и рвущегося в небо, и сразу, пока никто не разобрался, эту видимость продать. Продают в таких случаях, по сути, презентацию с картинками, файл программы Power Point, а деньги берут настоящие.

* * *

– Это не тогда врачи-убийцы были, а теперь. И убийцы они не со зла, а потому что со всех других сторон тоже убийцы. Банкиры-убийцы, застройщики-убийцы, водопроводчики-убийцы и так далее. Альтруист на языке рынка называется идиотом. Не обманешь – не продашь… Никакой медицины в двадцать первом веке нет, есть улыбчивый лживый бизнес, наживающийся на человеческих болезнях и заскоках. Они сейчас научные работы пишут не о медицинских вопросах, а о том, какая музыка должна играть в клинике, чтобы на бабосы разводить было легче…

* * *

Деньги – это наркотик, на который сегодня с младенчества сажают всех. Девяносто девять процентов, как ты, наверно, заметила, пребывают в ломке. Один процент вроде бы прется, но… Ни один наркотик не приносит устойчивой радости. Он дает лишь то, что называется английским словом «high». Временную, зыбкую и неустойчивую эйфорию, смешанную с постоянно растущим страхом этой эйфории лишиться.

* * *

– Что с нами вообще произошло за последний век в культурном плане? Революция, Гагарин? Да нет. С ломаного французского перешли на ломаный английский. Потому что русская культура свои жизненные соки и смыслы не из себя производит, как Китай, Америка или Япония, а из других культур подсасывает. Вот как гриб на дереве. И за одобрением тоже за бугор бегает, как в Орду за ярлыком. Петя Первый, упокой его Господи, отрубил все корни – и пересадил. Серьезный был ботаник. С тех пори прыгаем с ветки на ветку с бомбой в зубах…

– Есть такое, – согласился Ринат. – А все из-за либералов. Они уже два… Нет, три века делают вид, что они такие… блять… культуртрегеры в мантиях. А на самом деле они просто сраные челночники, которые тащат сюда всякое говно с западной барахолки и с безмерным понтом впаривают русскому человеку. И никакие басни Михалкова не помогают.

* * *

Виктор Пелевин. Тайные виды на гору Фудзи. — М.: Эксмо, 2018. — 416 с. — Твердый переплет. —Возрастные ограничения: 18+. — (Серия: Единственный и неповторимый. Виктор Пелевин)

 

 

Полная копия: Виктор Пелевин - Тайные виды на гору Фудзи (2018):  https://issuu.com/06758/docs/pelevin_taynye-vidy-na-goru-fudzi.5

Вокруг Пелевина создается целая субкультура:

#многоВПолеТропинок #skolkovoSailingTeam #большеНеОлигархия #brainPorn #samatha #vipassana #lasNuevasCazadoras #pussyhook #пиздокрюк #санкции #amandaLizard #згыын #empowerWomen #embraceDiversity #толькоПравдаОдна #хуемразь

Виктор Пелевин. iPhuck 10

Пятнадцатый фантастический роман Виктора Пелевена вышел осенью 2017 года. За исключением отдельных эпизодов и остроумных каламбуров, мне роман показался скучными и утомительным, слишком похожим на другие его недавние произведения: мало действия, сюжет довольно слабый, зато много болтовни и игры умными словами, уже изрядно набившими оскомину. Словно пишет с продолжением одну и ту же книгу.

Уже давно (после «Чапаева») я перестал быть поклонником творчества Виктора Олеговича и критически отношусь к его стилю и скучноватым идеям. Но перед скандальным названием этой книги «iPhuck 10» я все же не устоял, хоть и читал с заметным опозданием, когда все его фанаты давно впитали этот текст и пришли в раж восторга. Меня этот словообильный текст, нарочито напичканный громадным количеством замысловатых технический терминов и научных словечек, чтобы казаться умным дуракам, просто разочаровал: он ведь ни о чём.

Описываемый фантастический мир конца XXI века состоит из областей Пейсы (или Промежности) и новой Конфедерации (преемники США), европейского Халифата, России и восточной сверхдержавы. Люди в этом мире больше не занимаются телесным сексом из-за опасного штамма вируса Зика и пропагандируемой неэтичности процесса. Повсеместно распространён виртуальный секс с использованием специальных гаджетов — андрогинов и айфаков. Действие романа происходит в России второй половины XXI века.

Роман повествует о компьютерном полицейско-литературном алгоритме «ZA-3478/PH0 бильт 9.3», который имеет имя Порфирий Петрович. Он занимается расследованием преступлений и вместе с тем пишет детективный роман. «iPhuck 10» — название одного из его романов, а также название самой дорогой из существующих секс-машин того времени. Сам Порфирий Петрович является искусственным интеллектом, не имеющим вещественных признаков, а полностью находящийся внутри программных систем. Разбираться в запутанном навороте фантазий на темы программирования нет никакого смысла — это ничем не обогатит читателя, а лишь замусорит сознание всякой лабудой.

Главная героиня романа, Маруха Чо (Мара), искусствовед с большими деньгами и баба с яйцами по официальному гендеру. влюбляется в семнадцатилетнюю модификацию Порфирия и использует алгоритм в своих целях, выкупив его в пожизненное пользование у полицейского управления. Мара и Порфирий осматривают произведения современного искусства, приобретённые зачастую нелегально, под разными предлогами. Впоследствии выясняется, что Мара с командой единомышленников, погибших в прошлом, создала искусственный интеллект, способный генерировать произведения искусства. Продажи этих произведений приносят Маре крупные доходы, однако при этом постоянно существует опасность обнаружения подделки. Должен признаться, что размышления Пелевина о современном искусстве и гипсе мне представляются довольно любопытными, хотя ничего принципиально нового в этих спекуляциях нет.

Порфирий поздно обнаруживает реальные намерения Мары по отношению к нему и практически уничтожается, успев сохранить резервную копию своего алгоритма. Куски его кода поглощаются созданным ИИ в образе девушки Жанны, которую Мара считала утраченной.

Пожалуй, одна из основных мыслей в книге это противоречие между искусственным и человеческим интеллектом. Но это явно неадекватная мысль, так как после достижения сингулярности (то есть не позднее середины нынешнего века) ИИ станет сильнее человеческого интеллекта и станет самостоятельным. А у Пелевина искусственно созданная программа неизбежно стремится к завершению, к закрытию, выполнив свои задачи, тогда как человек стремится жить и придумывать себе новые проблемы, не допуская закрытия и ухода в небытие. После достижения сингулярности многие общественные институты и ценности ждет гораздо более серьезная катастрофа, которой Пелевин даже намеком не касается.

Виктор Пелевин. iPhuck 10. — М.: Эксмо, 2017. — 416 с. — Твердый переплет. — (Серия: Единственный и неповторимый. Виктор Пелевин)

Виктор Пелевин. Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами

Свой новый роман «Лампа Мафусаила», вышедший в сентябре, Виктор Пелевин писал явно под впечатлением драматических событий в экономике, обесценивших рубль в декабре 2014 года в два с половиной раза. Нет, бездарные дела Центробанка Пелевин не комментирует и имени Эльвиры Набиуллиной не упоминает. Зато он неоднократно проходится по поводу Джанет Йеллен и связывает ее менструальный цикл с деятельностью ФРС США.

Это роман о деньгах, о Духе Денег, о биржевой торговле золотом, а также о том, как деньги превращаются на политику. И при этом это научно-фантастический роман, где масоны из ЦРУ и чекисты из ФСБ являются из будущего и вступают в XIX веке в фантастическую схватку. Враги пытаются предотвратить полет Самолета Можайского с паровым двигателем, чтобы помешать России стать первой в мире страной, поднявшей в воздух аппарат тяжелее воздуха. А потом российские масоны и уголовники, сосланные советской властью в Храмлаг на Новую Землю, строят там Храм Соломона, творящий чудеса, напоминающий типичный пелевинский наркотический трип или сновидение, дающее объяснение нашим современным событиям. Следы этого волшебного храма даже мощнейшая термоядерная Царь-бомба, взорванная Хрущевым в 1961 году, не смогла полностью уничтожить.

Главный герой романа по имени Кримпай из-за падения цен на золото проигрывает на бирже неназванную астрономическую сумму денег, принадлежащих генералу ФСБ Капустину. Надо сказать, Кримпай гей, и в целом роман написан в духе торжествующего гомосексуализма и полного презрения к феминизму и к женщинам вообще. Что такое Кримпай, объяснять не стану. Значение слова сreampie легко подскажет Google. Это не только название пирожного, когда крем виднеется между двух печеньев, но одновременно термин порноиндустрии. По ходу романа герой переживает трансформацию, и его имя превращается в «Крим наш», а в конце становится просто в Крым.

Герой вдруг отращивает бороду и из обычного гея и хипстера становится «дендрофилом» и «ламберсексуалом», дровосеком. Он бегает по лесу в плаще на голое тело с дорогим американским топором в подплечной петле (привет Раскольникову), ездит в Калифорнию обниматься с секвойями, а в офисе возбуждается от каждой икеевской табуретки. Вообще сексуально меню в романе разнообразное, пересказывать не стоит, но отнюдь не ортодоксальной гетеро ориентации.

В конце романа возникающий как бы во сне некто Аарон, к которому постоянно обращается Кримпай в своей книге, ставшей первой частью романа Пелевина, проводит политинформацию и объясняет, что и почему происходит в мире. Хотя нобелевские лауреаты по экономике твердят, будто 19 триллионов долларов госдолга США можно увеличивать бесконечно, математическая аппроксимация подсказывает, что в будущем непременно будет tipping point и наступит момент, когда shit will finally hit the fan. (Пелевин использует в романе немало английских выражений и переводит лишь некоторые.) Наступит страшный кризис, в сравнении с которым все прошлые экономические катастрофы покажутся детскими утренниками. Рынок — огромное стадо пугливых баранов. Если они вместе бросятся прочь от доллара, человеческую цивилизацию смоет финансовое цунами. Эту волну невозможно остановить, а начнется она на Уолл-Стрите. После этого произойдет страшная война, позволяющая зачистить старые бухгалтерские книги. Воевать в этой войне будет Россия, причем сама с собой. В результате США создадут новый Бреттон-Вудс, а мы получим новый День Победы.

Роман Пелевина легко разобрать на отдельные цитаты, похожие на готовые афоризмы. Ну, вот хотя бы такой: «Мы должны сплотиться вокруг доллара. Это наш новый Сталинград». Или такие: «Сегодня мы живем в пузыре надежды, который из последних сил надувают наши героические СМИ». «Как бы не обстояли дела у доллара, дела у всего остального мира должны быть еще хуже, и намного». «Гибридная война всех со всеми — именно то, что нужно. Провокации, всякие инциденты. Больше ракет! Залпом, залпом!»

Пелевин своим романом обогащает русский язык несколькими яркими неологизмами, хотя рука не подымается их здесь воспроизвести. Вот, например, лишь самый безобидный: «вагиноид» — это, как вы догадались, женщина, но в таком мире, где феминистками ликвидированы все мужчины.  

Тем, кто знает и любит книги Пелевина, этот роман the must. Всем остальным читать его не обязательно. Виктор Олегович здесь такой же, как прежде. Легко узнаваемый и пролиферативный: знакомая фантазия из него так и хлещет. Но уж очень злободневная и страшная фантазия!

Виктор Пелевин. Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами. — М.: Эксмо, 2016. — 416 с. — Тираж 55000 экз. — (Серия: Единственный и неповторимый. Виктор Пелевин) — Твердый переплет — Возрастные ограничения: 18+.

Виктор Пелевин. Любовь к трем цукербринам

Новый, уже двенадцатый роман Виктора Пелевина, представленный на прошлой неделе на Московской международной книжной выставке-ярмарке, уже стал сенсацией, которую поклонники его творчества ждали с не меньшим нетерпением, чем фанаты iPhone ждут его новую версию. Одновременно роман выпущен в виде печатной книги, как электронная книга в разных форматах и в аудиоверсии.

ПВО как всегда жжет. Словно солист фри-джаза, он страстно импровизирует словами все на ту же хорошо освоенную им тему субъективного восприятия реальности. Однако, подобно продукции Apple, новый роман воспринимается как самый совершенный апгрейд. В романе мощное нагромождение фантастического и даже фантасмагорического мира, в которое вплетены смыслы и образы классической культуры, поэзии, литературы, философии и науки, обогащенные актуальными техническими фичами эры мобильного компьютинга. Если Жюль Верн в своих фантастических романах писал про подводные лодки и полеты на Луну, то Пелевин в своей фантастике больше интересуется последствиями совершенствования информационных технологий. В этом романе, помимо прочего, он подробно описывает такое техническое достижение, как виртуальный секс, полностью заменивший настоящий секс и порнографию.

Легко играя спорными смыслами философии и погружаясь в некоторые не менее спорные идеи физики, Пелевин во всем окружающем находит доступные для понимания своей целевой аудиторией вымышленные трактовки в духе и терминах научпоп-литературы астрофизика Стивена Хокинга. Обилие в тексте научной лексики не должно вводить в заблуждение: автор пользуется вполне доступной популярной терминологией, употребляемой СМИ и присутствующей на слуху у его довольно интеллигентной читательской аудитории, состоящей преимущественно из городских профессионалов, представителей среднего класса, всяческих креаклов, хипстеров, маркетологов, медийщиков, офисного планктона и «прочих мерчендайзеров», как их называет автор.

Один из главных героев романа, Киклоп, от лица которого ведется повествование, сам такой: он называет себя офисной креветкой, изображая в своем офисе бурную деловую жизнь. Курьеры DHL с деловым видом доставляют ему в своих сумках обеды, а он в затворничестве своего кабинета играет на компьютере и пишет свои литературные опусы, представленные в этом романе, и как и положено киклопу, подслушивает сквозь стены мысли соседей по офису, подглядывая за развлечениями своих подопечных, для которых интернет жизненно необходим, ведь это доступ к компьютерным играм и порнографии. Похоже, Виктор Олегович снова играет на самых чувствительных струнах общества потребления, на сей раз крепко подсевшего на интернет.

ПВО тщательно и со вкусом разыгрывает и обсуждает в своем романе (или как еще класифицировать текст, состоящий из глав-рассказов?) тему причинно-следственных связей, затронутую в своё время Михаилом Булгаковым: «иностранец» Воланд интересуется, что Берлиоз будет делать «сегодня вечером», и грустно сообщает ему, что «Аннушка уже купила подсолнечное масло, и не только купила, но даже и разлила. Так что заседание не состоится».У Пелевина всё случается из-за окурка:

«Бывают кинокомедии (и фильмы ужасов тоже), в которых прослеживаются очень длинные причинно‑следственные связи. Например, брошенный с киевского балкона окурок попадет на воротник сотнику Гавриле, переходящему дорогу. Имя в данном случае тоже условное: у Ильфа и Петрова, помнится, кто‑то из героев писал «Гаврилиаду» – поэму о бесконечном многообразии возможных истоков Первой мировой. Вот и я о том же.

Гаврило останавливается и начинает чистить камуфляж. Его сбивает вылетевший из‑за угла грузовик с покрышками, Гаврило в тот вечер не выходит на трибуну майдана, Янукович еще на полгода сохраняет свой золотой батон, Крым остается украинским, Обама не обзывает Россию региональным бастионом реакции, и все остальные колеса истории, большие и малые, не приходят в движение. Направление, в котором сместится равновесие мира, зависит от того, попадет ли окурок в сотника в нужный момент.»

Пелевин восхитительно исследует эту благодатную тему, рассматривая альтернативные варианты поступков и событий, приводящих к грандиозным переменам. Раздавленная в известном рассказе Рэя Бредбери путешественниками на машине времени бабочка подталкивает к реконструкции событий на киевском майдане, когда от тяжелого зонтика в руках некой вредной гражданки зависит, состоится ли переворот на Украине, уйдет ли в отставку Виктор Янукович и будет ли Крым возвращен в состав России.

«Я не знал ничего про связь зонтика с Крымом – хотя мог бы при желании проследить все причинно-следственные переходы. Но я так не делал. Я лишь чувствовал инстинктом, что равновесие мира проще всего уберечь, чуть поработав с этой совершенно незнакомой мне гражданкой и ее зонтом. Я не вглядывался в будущее без нужды, ибо всезнание было мучительным». 

Похоже, таким миром совсем нетрудно управлять. Но тут оказывается, но не всякое изменение непременно приводит к ощутимым или заметным переменам в будущем, даже если этого очень хочется.

Играя своими «вечными» темами, философствуя и обсуждая, что такое жизнь, реальность и виртуальность, что есть человек, личность и свобода воли, чем реальность реальнее компьютерной игры или рекламного ролика, Пелевин устами своих героев то и дело оглушает читателя неожиданными трактовками идей и бытия.

Цукербрин, понял Кеша, это термин, появившийся впервые в десятых годах двадцать первого века. Он был образован из имен двух титанов тогдашнего интернета – Цукерберга и Брина, и означал некоего метафорического Смотрящего – как бы заэкранного надзирателя, глядящего на пользователя сквозь тайно включенную камеру планшета или компьютера…

Впрочем, кому-то может показаться банальной традиционная пелевинская конспирология о манипулируемости сознания. Особенно опасная из-за всеобщей интернетизации и тотального проникновения кибертехнологий. Именно из-за такого манипулирования какие-либо попытки изменения системы обречены, ибо все усилия в целях Fuck the System уже интегрированы системой и являются лишь иллюзией. Уж не намекает ли ПВО на причины провала протестного движения?

Вторая часть романа начинается эпиграфом из Эдуарда Лимонова: 

«Цель человечества — найти Создателя, победить его, выпытать у него страшную тайну тайн нашего предназначения и затем, может быть, убить его». 

(Эпиграф взят из полемического отзыва Лимонова, где тот спорит с Пелевиным о боге и человеке: http://izvestia.ru/news/546074) Именно этим герои романа и занимаются — под руководством метафизическиз Птиц в фараоновом облачении безуспешно пытаются убить Творца, предстающего в образе Древнего Вепря или зеленой свиньи. Попутно это занятие оказывается частью сюжета компьютерной игры Angry Birds, и эти метафизические злые птицы становятся не просто сюрреалистическими образами, но безмолвными героями романа. И даже получается, что Творец, специально создал человека, чтобы тот его убил — а ведь в этом как раз и состоит идея Лимонова, изложенная в статье. Но Пелевин продолжает: лучший способ убить Создателя — забыть его.

Нет-нет, я не буду даже пытаться пересказать то, что накрутил философствующий ПВО вокруг этой бесконечно извращенной им темы! Но такая импровизационно-интеллектуальная словесная эквилибристика доставляет немалое удовольствие, что наверняка не оставит равнодушными поклонников творчества Пелевина.

Новый фантастический роман Виктора Пелевина, пожалуй, даже слишком реалистичен и ориентирован на текущие события нынешнего времени. Кеша, один из героев романа, любитель игры World of Tanks, рассуждает про пиндосов: «Пятая «GTA» – вещь… За нее можно и Ирак простить, и в принципе Ливию. Но не Украину». Как тут не вспомнить про сообщения в прессе о неуловимой «банде GTA», о немотивированных серийных убийствах по мотивам этой игры? Жертвами банды в Подмосковье за последние месяцы уже стали 14 водителей и пассажиров. Полиция категорически рекомендует водителям не останавливаться на дороге, если они пробили колесо, а стараться доехать до поста автоинспекции или публичного места. У этих автоманьяков, хладнокровно расстреливающих свои жертвы, компьютерная игра GTA вылезла из виртуала и перемешалась с реальными жизнями и смертями (см. «Известия»: http://izvestia.ru/news/576507)

Новый роман Виктора Пелевина не предназначен для детей: сексуальная тематика в нем присутствует в изрядном количестве, и лексика довольно свободная, хоть и без мата. Могу предположить, что найдется немало критиков, стремящихся утвердиться на критике философских и политических высказываний, которые обнаруживаются романе, хотя такие мысли принадлежат не автору, а его персонажам. Но у нас зачастую такое различие не замечают.

Отрывок из романа: http://www.kommersant.ru/doc/2539950

Виктор Пелевин. Любовь к трем цукербринам. — М.: Эксмо, 2014. — 448 с. — Тираж 70000 экз. — (Серия: Единственный и неповторимый. Виктор Пелевин).