Александр Невзоров. Отставка господа бога. Зачем России православие?

Описание книги

Александр Невзоров, автор легендарной телепрограммы «600 секунд», отец российской журналистики, бескомпромиссно вскрывает самые болезненные, актуальные проблемы современности в России и в своих очерках и публикациях пишет о том, что сегодня волнует как его самого, так и всех нас. Религия и школа, реформа образования и вектор развития государства, патриотизм и либерализм… обо всем этом ярко, образно, провокационно пишет один из самых известных публицистов страны в своих колонках для «Московского комсомольца» и журнала «Сноб». В данную книгу собраны самые интересные публикации Александра Невзорова. С автором можно спорить, не соглашаться или, наоборот, страстно его поддерживать, но узнать его точку зрения на самые острые вопросы наших дней всегда очень интересно!

Цитаты

----— * * * —--— * * * —--— * * * —----
Понятно, что история не более чем служанка идеологии, всегда готовая обслужить свою барыню, принять любую позу и конфигурацию, мимикрировать, сдуться или надуться. Она всегда готова выполнить любую прихоть идеологии, что доказывает неслучайное богатство существующих в этой дисциплине методов.

----— * * * —--— * * * —--— * * * —----
Иными словами, никаких вразумительных объяснений необходимости введения религии в школе не существует. Кроме одного, самого простого – страстного желания РПЦ обеспечить себя еще парочкой поколений покупателей свечек.

----— * * * —--— * * * —--— * * * —----
Хотя мне совершенно непонятно, в чем принципиальное отличие гей-парада от крестного хода верующих? И в том и в другом случае мы видим костюмированное пафосное шествие, имеющее целью продемонстрировать некую исключительность в нем участвующих.

----— * * * —--— * * * —--— * * * —----
Традиции - это, конечно, милые побрякушки, но с ними надо иметь мужество расставаться вовремя и без всякой жалости, так как именно они являются главными врагами всякого развития. Сохранение традиций мышления и мировоззрения никогда не позволило бы России иметь И. М. Сеченова, И. П. Павлова, М. В. Ломоносова и К. Г. Циолковского. Все они были олицетворением бунта против традиционного, в данном случае православного, взгляда на мир, а совсем не его следствием.

----— * * * —--— * * * —--— * * * —----
Но пикантность ситуации заключается в том, что на данный момент в России существует неизвестное количество (по оценкам ВЦИОМ, около 30–40 %) граждан, для которых все, что бормочется, говорится, провозглашается и пишется бородатыми разносчиками духовности, является не более чем скучной и пафосной белибердой, не имеющей вообще никакого смысла и лишь маскирующей (в лучшем случае) тривиальные бизнес-устремления, а в худшем – деструктивное сектантство, раздутое до общегосударственных масштабов. Также можно обоснованно предполагать, что существует и не меньшее количество граждан, убежденных, что православие как идеология – это главное несчастье России, которое на 700 лет затормозило ее развитие, а в 1917 году доказало свою полную неспособность служить как «стержнем нации», так и неким «цементом», скрепляющим государственность и народ.

----— * * * —--— * * * —--— * * * —----
Трудно найти что-либо существенное и важное в истории человечества, что в момент своего возникновения не оскорбило бы христиан в их религиозных чувствах.) Да и ныне они с поразительной страстью шныряют повсюду и страстно ищут, где бы им еще оскорбиться. Следует отметить, что при этом христиане очень плохо ориентируются в том, что для них действительно является опасным, а что – нет.

----— * * * —--— * * * —--— * * * —----
Вообще, следует помнить, что излишне кровавую и бесчинно сыгранную революцию 1917 года делали исключительно крещеные и воцерковленные люди, так как других в России того времени просто не было. Толпы погромщиков, дезертиров, расстрельщиков, убийц и насильников воспитала именно русская церковь, в руках которой до 1917 года были все педагогические функции.

----— * * * —--— * * * —--— * * * —----
Невежество, как известно, всегда будет искать и находить религиозное утешение.

----— * * * —--— * * * —--— * * * —----
В реальности XXI века православная идеология выглядит особенно забавно. Она опирается на «традиционные ценности России», позабыв, что все они – порождение того общества, в котором работорговля, рабовладение, публичные побои, вырывание ноздрей, гаремы из крестьянских девок, клеймение лбов и травля детей собаками для потехи, лакейство, холуйство, «запорки вусмерть» и челобитные – были не просто обыденным делом, но являлись узаконенным государственным нормативом, важной компонентой существования Св. Руси.

-----— * * * —--— * * * —--— * * * —----
Дело в том, что понятие «народ» очень сложно коррелируется с понятием «рабы». Рабу немыслимо любить ту систему, которая предполагает возможность его продажи, публичной порки, тихого убийства, любых истязаний подневольным трудом, его безграмотность и жизнь в дикости и грязи. Раб не может быть ни патриотом, ни гражданином. А таких рабов, крепостных, в Российской империи до 1861 года было почти 88 % населения. Так православие – это их религия?

----— * * * —--— * * * —--— * * * —----
Несколько лет идея пылилась без всякого применения, пока на нее не набрели ранние славянофилы. Они восхитились, подхватили ее, плагиатировали и (как у нас водится) без ссылок на "всяких там сказочников" перетащили на "русскую почву".

Здесь ее основательно пропитали пафосом, кровью поколений и запахом онучей.

Украсили крестами, "духовностью" и "чувством врага вокруг".

----— * * * —--— * * * —--— * * * —----
... это была страна, где за чтение статьи в студенческом кружке приговаривали к расстрелу (дело Достоевского).

Где высший полицейский чин прямо посреди столицы империи мог запросто и с наслаждением публично избить политзаключенного (Трепов).

Где романтические потрахивания офицеров почему-то должны были материально обеспечивать миллионы завшивленных безграмотных людей, живущих на земляных полах и носящих на ногах обмотки из древесной коры (лапти).

----— * * * —--— * * * —--— * * * —----

Александр Невзоров. Отставка господа бога. Зачем России православие? (сборник)
Дата выхода электронного издания на ЛитРес: 08 марта 2015. —— Объем: 130 стр. —— Правообладатель: ИП Невзорова Лидия —— Возрастное ограничение: 16+.

Интеллект и религиозность

Публикация 2013 года. Однако вполне свежо и актуально.

The Relation Between Intelligence and Religiosity: A Meta-Analysis and Some Proposed Explanations

Недавно группа американских ученых ошарашила публику научным подтверждением того, что и так давно было понятно: религиозные люди — глупые люди. Выжимка из работы с такими выводами была опубликована в журнале Personality and Social Psychology Review. В чем значение этой работы? Разнообразные исследования интеллекта проводились давно и накопилась их великая куча. Марк Цукерман, Джордан Сиберман и Джудит Холл провели метаисследование — сопоставили данные 63 исследований, проведенных с 1928 по 2012 годы. И теперь мы уже точно знаем: вера — она не от большого ума.

Самый интересный вопрос, который можно задать по следам метаисследования, стар как мир. Что первично? Это низкий интеллект следствие религиозного воспитания или же религиозность — следствие врожденного низкого интеллекта? Существуют данные, свидетельствующие о наследуемости IQ. Однако есть и данные о важности воспитания. Аннет Ларэ (доктор социологии из Беркли) в своей книге «Неравные детства» рассматривает подходы к воспитанию детей в разных социальных стратах: представители среднего класса проводят много времени, общаясь с детьми и давая рациональные объяснения своим решениям, тогда как рабочий класс полагается на непререкаемый родительский авторитет и предпочитает занимать детей телевизором.
Понятно, чьи дети впоследствии поступят в университет, а чьи будут мыть бассейны до скончания дней своих. Не сложно также заметить, что родительский авторитаризм — это именно та модель, которую проповедуют традиционные религии: телесные наказания, безоговорочный авторитет наставников и прочие деревянные игрушки, прибитые к церковному полу.

Попробуем разобраться. Но сначала нужно определиться: что же такое религия? Вера в Бога или все-таки что-то иное?

Молиться, поститься, хлопать крыльями

Жил-был в середине 20-го века американский психолог Беррес Фредерик Скиннер. Будучи «радикальным бихевиористом», Скиннер ошарашил слабонервных утверждением о том, что свободной воли не существует, а все человеческое поведение соткано из врожденных и приобретенных рефлексов — устоявшихся реакций на раздражители. «Но как вы объясните такие вещи, как вера в сверхъестественное?» — вопрошали оскорбленные ревнители человеческой уникальности, свободы и прочих приятных иллюзий. Скиннер ухмыльнулся и провел следующий эксперимент:

В специальный ящик помещается голубь. Через определенный промежуток времени голубю поступает еда, повлиять на что голубь никак не может... Но очень старается — начинает повторять действия, которые совершал непосредственно до получения манны небесной. Формируется рефлекс: действие — награда. В результате разные голуби, словно заводные, повторяли разные, но одинаково бессмысленные действия — один ходил кругами, другой махал крыльями и т.д. В общем, занимались ровно тем же самым, чем и тысячи верующих, идущих на поклон к очередным святым косточкам в поисках воображаемого исцеления или реального социального одобрения. Религиозное поведение в основе своей рефлекторно. Оно вовсе не отличает нас от остального животного мира, напротив — роднит с ним. Молиться, поститься и хлопать крыльями!

«А как же Бог?» — спросите вы. Помилуйте, Бог не нужен даже голубю для ритуальных плясок, тем более не нужен он царю природы — человеку. Это позднее украшение: сначала человек научился плясать, призывая дождь, а затем уже разум прикрутил к этому богов, духов и прочие аналитические заплатки. Философские вопросы реально волнуют умы мизерного процента верующих. Зато представляют собой превосходную ложную цель для атеистов, которые привычно бросаются в атаку на идею Бога с чайником Рассела наперевес. Не сознавая при этом, что бьются лбом о лепнину, вместо того, чтобы подрывать фундамент. Фундамент — это поклонение костям, регулярные ритуалы, священнослужители в смешных платьях и прочее рефлекторное. В общем, все то, из чего состоит 99% глубокой и насыщенной духовной жизни.

Большинство католиков незнакомо со схоластическими доказательствами бытия божия, над которыми корпел Фома Аквинский. Спросите православных — из-за каких именно догматов шла многовековая вражда с католиками. Услышите натужное мычание в ответ. Но все они глубоко убеждены, что их магические ритуалы самые правильные, а жрецы в платьях — самые красивые.

В 90-е годы мы с упоением наблюдали, как толпы выходцев из системы «самого лучшего в мире образования» заряжали воду у Чумака, чтобы лечить ею рак простаты. В светлые 2000-е православная церковь взялась за борьбу и вырвала народ из лап конкурентов. Теперь толпы идут в мраморные офисы РПЦ. Скандалят, пихают друг дружку локтями, возмущаются идущими без очереди «випами»... но стоят в поисках чудесного исцеления от крашеных досок, костей и тряпочек неизвестного происхождения. Где здесь Бог, в этой смеси тотемизма с анимизмом?

Но в отличие от глупой птицы, человек способен проанализировать свои рефлекторные связи, отсечь нерабочие варианты. В этом и заключается влияние аналитического интеллекта на религиозность. Чем быстрее шуршит вычислительный прибор в черепной коробке, тем очевиднее, что пляски голышом с бубном наперевес не способствуют урожаю. Что бы там ни говорилось в древних книгах древними жуликами.

Прибыльный рефлекс

Однако, интеллект развивался вовсе не для решения абстрактных задачек за школьной партой, а для продвижения своего тельца в пищевой цепи собратьев по виду. Данные метаисследования касаются аналитического интеллекта, который сложно применить «в чистом виде» где-то, кроме тестов IQ. Помимо аналитических способностей, успех личности определяется такими вещами, как социальная адаптивность, умение ладить с собратьями и манипулировать ими — все это входит в понятие «эмоциональный интеллект».

Эмоциональному интеллекту впору спросить: раз глупые собратья пристрастились к глупым пляскам, можно ведь этим воспользоваться для своей выгоды? Работенка шамана — дело не пыльное. Не нужно ходить в атаку на толстых мамонтов и злых соседей с заточенной палкой в руках. Нужно лишь пудрить мозги соплеменникам и наслаждаться высоким статусом: жратва от пуза, девки помоложе, вот это все. Современным шаманам не требуется изучать языки программирования, макроэкономику или стратегический менеджмент. Простенькая философия тысячелетней давности, пара проверенных психологических трюков, заклинания на мертвом языке — профит!

Знакомьтесь — иеромонах Илия, 26 лет от роду. Недавно на своем белом Геленвагене задавил пятерых человек, двоих насмерть. В крови обнаружили море благодати и одну бутылку водки. Дурочки-идеалистки из Pussy Riot получили два года за антиклерикальный протест. Глупый аспирант МИФИ, пытавшийся противостоять клерикализации института — вылетел оттуда на мороз. В это самое время 26-летний монашек с жидкой бороденкой рассекал на автомобиле стоимостью в несколько миллионов. Язык не поворачивается назвать этого подвижника дураком — он ведь четко разглядел, на какой стороне силы его ждет новенький Геленваген. Serious business. РПЦ МП, since 1054.

Рон Хаббард когда-то сказал: «хочешь стать миллионером — создай свою религию». Правоверные сайентологи затаскали по судам уже полмира, утверждая, что Хаббард такого не говорил. Так что, уточню — зря он этого не говорил. Обман — вещь в природе обыденная (например, птица может подать сигнал тревоги, чтобы отогнать собратьев-конкурентов от источника пищи и пожрать до отвала). Верят ли сами вожди и шаманы в то, что проповедуют пастве? Владимир Путин с женой десять лет отстояли перед телекамерами со свечками в руках, прежде чем выяснилось, что они даже не венчаны.

У авторов метаисследования есть интересный момент: они разделяют веру и «религиозное поведение» (то есть, имитацию веры). В случае последнего отрицательная корреляция с уровнем интеллекта меньше. Проще говоря, умный человек вряд ли будет верить в мифы, но может притвориться, если это ему выгодно. Добавлю — не только притворится, но еще и других дурить примется.

Основа благополучия наркомафии — армия наркоманов. Основа благополучия попов — армия верующих. Чтобы у хитрецов в рясах были белые геленвагены, чьи-то дети должны не досчитаться пары десятков пунктов IQ.

Пожиратели мозгов

Несчастная птица, над которой измывался доктор Скиннер, угодила в нестандартную ситуацию. Ведь где это видано в природе, чтобы еда сама падала с неба, еще и по расписанию? Как правило для получения живительных калорий нужно постараться, поэтому мозг и научился запоминать важную связь между действием и наградой. Если в «ящике Скиннера» еда не падала с неба, а появлялась по нажатию рычажка, жертвы науки просто находили заветный рычажок, безо всяких религиозных плясок. Тут мы и подошли к тому главному, что нужно для формирования дурных религиозных привычек — бессилие. Танцы с бубном возникают там, где отсутствуют рычаги подлинного влияния на окружающую реальность.

Каков аналог ящика Скиннера в человеческой жизни? Тюрьма. Немудрено, что особенного накала религиозность достигает именно на зоне, в армии и прочих учреждениях тюремного типа. Уголовная культура любого народа неотделима от магизма и суеверий. В тюрьме вера в сверхъестественное имеет еще и терапевтический эффект. Бессилие угнетает, а магическая пляска, исполненная перед фигуркой святого, слепленной из хлебного мякиша, дает иллюзию какого-то влияния на свою судьбу (есть на эту тему хорошие истории).

Итак, если вы молодой монашек на белом Геленвагене, то в ваших кровных интересах приблизить условия жизни соотечественников максимально близко к тюремным. Особенно важно не допускать проникновения на Святую Русь таких бездуховных западных извращений, как демократия и свободный рынок — механизмов, благодаря которым можно и управлять собственной жизнью, и влиять на общество вокруг. Люди должны жить и умирать по воле всемогущей государственной машины. Будучи лишены возможности строить долговременные планы, они примутся за разные формы иррационального, деструктивного поведения. Одни будут убиваться водкой и героином, другие набирать потребительских кредитов сколько смогут унести, зато третьи — бросятся лобзать вашу добрую пастырскую руку.

Однако на пути от простенького монашеского Геленвагена к Майбаху предстоятельского класса вас подстерегает страшный враг. Этот враг духовности называется «эффект Флинна» — так, в честь американского профессора Джима Флинна, именуют феномен постепенного роста аналитического интеллекта. К примеру, в период с 1932 по 1978-ый IQ американцев вырос на 13.8 пункта (это не значит, что средний IQ стал 113 — за сотню всегда принимается текущий средний показатель). Интеллектуальный рост подтверждается и другими тестами — например, матрицами Равена. Как же бороться с этой напастью, стремительно сокращающей кормовую базу наших ценителей продукции заводов Mercedes?

Вспомним данные о важности родительского авторитаризма в деле воспитания чистильщиков бассейнов. Вероятно, именно отмирание авторитарных тенденций в воспитании является одной из причин эффекта Флинна (наряду, конечно, с питанием и другими факторами). Рефлекторные связи, усвоенные в детском возрасте, гораздо сильнее всех остальных (этолог Конрад Лоренц назвал их «импринтами» — отпечатками в сознании). Зачем бороться с образованием, которое достигает людей уже после того, как костяк личности сформирован? Проще калечить мозг маленьким и беззащитным. Для благозвучия именуя это «защитой традиционной семьи».

В Европе существует пугающая вещь под названием «ювенальная юстиция». На самом деле ее задача — защита прав несовершеннолетних. В том числе от посягательств их собственных родителей, если те оказываются любителями телесных наказаний и прочей «традиционной духовности». В России попытки введения ювенальной юстиции встретили ожесточенное сопротивление. Причем вовсе не от оппозиции, а со стороны самых лоялистских сил. Русская православная церковь, движения «Народный Собор» и «Суть времени» — все они поняли ювенальную юстицию как «православным запретят бить своих детей».

В действительности, защищать семью — это абсурд. Согласно представлениям об эволюции человека, наши предки были моногамны еще до того, как собственно стали людьми. То есть, семья существовала задолго до мировых религий, будет прекрасно существовать и после. Защита «традиционной семьи» — это эвфемизм для защиты нравов деревенской бедноты. Того самого домашнего насилия и прочих дикостей, которые и превращают здоровых детей в кормовую базу для свечных олигархов.

Схожим образом обстоит дело с обычным для всех религиозных консерваторов требованием запрета абортов. Речь идет не о «защите жизни», а о сохранении потенциальной паствы. Ведь большинство детей, «спасенных от аборта», будут расти у нищих и необразованных родителей, их ждет трудное детство и отставание в развитии. Значит, рано или поздно эти дети придут в церковь. Ну или к торговцу героином.

На фоне борьбы с ювенальной юстицией, попы все глубже влезают в систему начального образования. Судя по репортажам, тысячи и тысячи первоклассников запомнили минувшее первое сентября, как тот самый день, когда странный бородатый дядя в платье зачем-то обрызгал их водой. Они еще не знают, что дядя пришел украсть их мозги.

Особый путь

Но все-таки неверно утверждать, будто религия — это один лишь вред и способ заработка хитрых мистификаторов. Если бы выгоду получала лишь одна сторона (пастыри, а не паства), религиозные институты вряд ли продержались бы на плаву столько времени. Христианские общины выполняли множество важных функций, которые в наше время перехватило социальное государство. Помощь малоимущим, сиротские приюты, изоляция душевнобольных и так далее. Современные мормоны из штата Юта жертвуют на благотворительность в районе 13% своего дохода. Но могут ли подобным похвастать православные?

Недавно в центре Москвы 2-ой оперативный полк милиции под командованием православного наркомана Дмитрия Энтео разогнал безобидное шествие пастафарианцев. Пастафарианство — пародийная религия поклонения Макаронному Монстру, популярная на Западе. Что могли бы ответить на эту пародию те же мормоны? — «Это все весело, но, помимо божков и ритуалов, у нас есть еще кое-что: вот наша благотворительность, вот наши сиротские приюты, вот наши адепты выносят утки за стариками, а вам слабо, ребята?» Но православные способны ответить лишь вспышками агрессии. Именно потому, что у официального православия нет за душой ничего, кроме культа, платьев и прочей мишуры. Где ваша благотворительность, православные? Все ушло на полировку майбахов и геленвагенов? Почему «православный активизм» — это нападения на инакомыслящих и погромы в музеях, а не волонтерский труд в больницах и хосписах?

Католическая церковь может похвастаться просветительской ролью в истории Европы, ведь именно она основала старейшие европейские университеты. Теология там преподавалась изначально, а не вломилась верхом на админресурсе, как в случае с православной кафедрой в МИФИ. В России университеты основывала светская власть, примерно на семь веков позже. Тем смешнее выглядят нынешние попытки создать «православный креационизм».

Граждане попы! Европейский креационизм — это плод долгого соседства христианства и науки, представленный такими мыслителями, как Тейяр де Шарден. А ваши православные отношения с наукой ограничивались погромами типографий и требованиями запрета работ Сеченова. Поэтому современный «православный креационизм» — это поп-толоконный лоб, веселящий публику рассказами о том, как генетика опровергла теорию эволюции и прочими упоительными историями.

Пускай, всякая религия в основе своей явление антиинтеллектуальное, но у нас случай совершенно особый. В нашем православном случае мы имеем все минусы религии без единого ее плюса. Если, конечно, не считать плюсом легкий психотерапевтический эффект для заключенных нашей тюрьмы народов, позволяющий за целованием крашеных досок отвлечься от мрачных мыслей о собственном бессилии. Поэтому — держите своих детей подальше от подозрительных бородатых мужчин в платьях.

Роберт Ланца, Боб Берман. Биоцентризм. Как жизнь создает Вселенную

Настоящая наука, позволяющая нам познавать Вселенную и окружающий мир, совсем еще молода. Ей всего 4-5 столетий — ничтожный срок в истории биологического вида homo sapiens, которому уже несколько миллионов лет. А ведь человек совсем недавно научился пользоваться огнем и начал приручать дикую природу. Но за столь короткое время в сравнении с любым другим биологическим видом мы достигли невероятных успехов: уже побывали по Луне, отправили свои зонды за пределы Солнечной системы, проникли во многие тайны атомного ядра, квантовой механики, генотипа и т.д. и т.п. Но молодость науки позволяет предположить, что многие страницы познания Вселенной и законы природы остаются нами еще непознанными и откроются когда-то в дальнейшем, по мере накопления нового знания и более глубокого изучения получаемых сведений.

Но Вселенная устроена довольно сложно. Поэтому не все усилия, приложенные для постижения смысла мироздания, приносят немедленные плоды. «Смысл» квантовой физики является предметом жарких дискуссий с 1930-х годов, когда она была открыта, хотя за прошедшие с тех пор десятилетия мы едва ли стали понимать ее лучше. Еще Эйнштейн безуспешно пытался создать универсальную «теорию всего», и поколения ученых продолжают поиски, но пока результата нет, так как это трудная задача, а мы еще не созрели для ее решения. Так что работа над нею видимо еще потребует десятилетий. Теория струн до сих пор разрабатывается на уровне абстрактной математики и обрастает все новыми гипотезами. Это же касается устройства нашего разума и сознания. То есть научных загадок перед человеком стоит достаточно много, и капитулировать перед ними явно рано.

В этой книге американские авторы Robert Lanza, MD и Bob Berman предлагают вниманию читателя свою идею биоцентризма Вселенной, которая может первоначально показаться новой, смелой и совершенно необычной. Википедия определяет биоцентризм следующим образом:

«Биоцентризм — нерелигиозная идеология, этическая концепция или научный подход в природоохранном деле, ставящие превыше всего интересы живой природы в том виде, в каком они представляются человеку. Биоцентризм противопоставляется антропоцентризму в том его наполнении, которое получило широкое распространение в XX веке и согласно которому человек — хозяин природы, имеющий право изменять и использовать окружающий мир, сообразуясь лишь с собственными интересами.»

Однако авторы этой книги понимают биоцентризм совершенно по-другому. Они рассуждают о том, откуда во Вселенной взялась жизнь и приходят к совершенно парадоксальному выводу, что жизнь не является неким «продуктом» или порождением Вселенной, а наоборот жизнь создает Вселенную.

Столь абсурдный вывод может показаться полным безумием. И, я полагаю, таковым он и является. Я прочитал эту книгу пару лет назад, но рука не поднималась написать о ней отзыв, настолько все во мне протестовало против выводов, к которым в последних главах пришли авторы. Точнее: меня не устаивало, как легкомысленно авторы перешли от взвешенной научной объективности к весьма сомнительным религиозным аргументам.

Первые 12 глав книги написаны очень увлекательно, вполне научно и вообще просто здорово. Я читал их с откровенным удовольствием и практически во всем соглашался с авторами. Тем более, что после описания очередного научного феномена, квантового эксперимента или закона природы в конце главы жирным шрифтом дается резюме в виде семи последовательных принципов биоцентризма. С этими принципами трудно не согласиться.

Но это похоже на психологическую ловушку: ты одну за другой читаешь главы книги, понимаешь логику авторов и принимаешь приводимые в конце глав принципы биоцентризма, как вполне разумные, логичные и убедительные. Но неужели авторы считали, что я автоматически проглочу то, что они пишут в самом конце книги? В главе 13 вся взвешенная и доказательная научная логика внезапно заканчивается и авторы вместо аргументов в пользу доказательства своей правоты неожиданно меняют стиль и пытаются соединить или даже отождествить науку и религию. Они ссылаются, к примеру, на базовое понимание космоса в восточных и авраамических религиях, ничуть не заботясь аргументацией подобной мистики. Рассуждают о тайне сознания и затрагиваю темы, традиционно эксплуатируемые религиями — о смерти и вечности. Читать это становится просто невыносимо. Это похоже на беспомощную капитуляцию слабого или поврежденного разума перед непостижимой сложностью мира. Поэтому последние главы портят все впечатление от начальных научных глав, составляющих три четверти книги.

Абсурдная идея биоцентризма, как трансцендентного первенства жизни, порождающей Вселенную, довольно поверхностно излагается авторами и предлагается вниманию читателя, однако убедительного доказательства, на мой взгляд, так и не получает. Эта идея слишком похожа на попытку каким-то образом всунуть идею бога в число законов природы, и даже поставить его выше природы. Однако, на мой взгляд, попытка не удалась. Телеге вовсе не требуется такое пятое колесо, оно только мешает движению, и его следует безжалостно выкинуть. Ведь если принять идею трансцендентного, непознаваемого бога, то все законы природы немедленно утрачивают смысл, как его частный случай того, чего познать все равно нельзя. При этом любое подлинное божественное чудо непременно станет противоречить законам природы и сделает научное познание бессмыслицей. А между тем, мы ведь довольно успешно познаем Вселенную, и любая загадка становится лишь поводом для ее познания.

Роберт Ланца, Боб Берман. Биоцентризм. Как жизнь создает Вселенную. (Biocentrism. How Life and Consciousness are the Keys to Understanding the True Nature of the Universe). — СПб.: Издательство «Питер», 2015. — 224 с. — Твердый переплет. — (Серия New Science).

Архимандрит Тихон (Шевкунов). «Несвятые святые» и другие рассказы

Эта книга архимандрита, а ныне уже епископа Тихона (в миру Георгия Александровича Шевкунова) вышла в 2011 году. Мне даже довелось присутствовать на презентации книги в 75 павильоне ВДНХ во время международной книжной ярмарки. Там был полный зал народу и присутствовали телекамеры: с пиаром у этого священнослужителя все благополучно. Благополучно настолько, что в 2016 году совокупный тираж этой книги превысил два миллиона экземпляров. Назовите мне какого-нибудь другого современного российского автора, который мог бы так овладеть умами и похвастаться подобными тиражами! И только теперь я наконец набрался сил, чтобы прочитать эту книгу.

ВВЦ. Книжная выставка-ярмарка. 07.09.11.

Да, книга написана довольно грамотным человеком, сказывается учеба на сценарном факультете ВГИКа. Мне было тем более любопытно читать книгу, так как речь в ней идет преимущественно о Москве и о Псково-Печерском монастыре, который расположен в Псковской области на границе с Эстонией. Я все детство жил в Пскове до окончания школы, а позже часто бывал там, навещая родных. Да и в Псково-Печерском монастыре неоднократно бывал. Впрочем, последний раз я был в монастыре в середине 90-х с сыном, чтобы показать ему подземные пещеры, которые тянутся на многие километры под землей. Там ведь захоронено более 14 тысяч мощей. Но как справедливо отмечает Тихон в своей книге, воздух там поразительно свеж, нет ни малейшего следа тления. Тихон указывает на этот феномен исключительно как на чудо, подтверждающее его религиозные представления, и любые рациональные объяснения отвергает.

Вначале нас с сыном сопровождал монах, а потом монах куда-то заспешил и мы остались под землей одни. Бродили там со свечами и разглядывали нагромождения гробов в нишах и человеческие кости. Чуть не заблудились. При моем росте в 189 см я нередко касался головой потолка сводов пещер, и при выходе пришлось вытряхивать из волос песок. Оказалось, что в это время в Успенском храме монастыря идет отпевание какого-то крупного петербургского криминального авторитета, гроб которого только что доставили в монастырь. То были «лихие девяностые», когда между братками нередко случались разборки с перестрелками. Потому-то монах нас и покинул в подземелье: чаевые всем нужны.

Но вообще-то в Псково-Печерском монастыре я в разные годы видел замечательных, необыкновенных людей. На монахов и старцев в прошлом по молодости я обращал мало внимания, хотя наверняка видел некоторых персонажей, упоминаемых в этой книге, включая настоятеля Гавриила на балконе его дома. Более всего меня поражали умные, одухотворенные лица молящихся прихожан в храмах. Я бывал на службе и слушал литургию. А присутствующие на службе люди были мало похожи на серых и бесцветных советских людей. Это явно были какие-то приезжие, не местные. Может быть из столиц или из соседних Тарту, Таллина или Риги. Нет, не бандиты, но интеллектуалы. Возможно, художники или артисты. Эти лица я запомнил больше, чем монахов.

Насколько я помню, у Псково-Печерского монастыря и некоторых его монахов были серьезные проблемы с советской властью, так как монастырь продолжал работать во время немецкой оккупации, и там наверняка возносили молитвы не за победу Красной Армии. Живя в Пскове до меня, даже до учащегося средней школы, доносились какие-то раскаты громких разборок этой твердыни православия с КГБ и советской властью. Кого-то арестовывали, ссылали, сажали. Мой отец был врачом-психиатром. Он рассказывал, что среди монахов этого монастыря немало пьяниц, которые пили кагор, а потом лечились у него от алкоголизма. Но об этом Тихон не пишет.

Хотя книга Тихона написана хорошо, легким и доступным языком, каких-то особо глубоких философских откровений или интересных теологических размышлений в ней обнаружить невозможно. Идейный горизонт у Тихона совсем недалекий. Весь смысл его рассказов сводится к описанию разных эпизодов и случаев из монашеской жизни, подтверждающих необходимость принятия церкви и молитвы. Причем рассказы следуют без особой последовательности, логики и хронологии, в том порядке, как взбрело в голову автору. Какого-то внятного сюжета, сценария или последовательности в книге тоже нет. Структура книги примерно такова: первая треть посвящается монахам Псково-Печерского монастыря, последняя треть псковским монахам приятелям Тихона, а в середине речь отрывочно идет о Москве и прочем.

Однако книгу Тихона полезно почитать тем, кому интересна недавняя история РПЦ примерно в промежутке от начала 80-х до 2000 года, а также особенности жизни и отношений в церковной среде, о которых непосвященным известно довольно мало. Однако достоверность рассказанного может вызывать сомнения даже у не слишком скептически настроенного читателя. И вообще читателям не стоит особенно губу раскатывать: Тихон вовсе не старается посвящать посторонних в серьезные церковные вопросы и тайны. О внутренних церковных коллизиях, о напряженных отношениях и проблемах, о финансах РПЦ, о нынешних отношениях с властями вы ничего не узнаете. Автор скорее развлекает читателя всякими забавными и не очень забавными, но поучительными случаями, байками и ситуациями, якобы внушающими читателю веру в бога, попутно показывая себя глубоко верующим православным христианином, находившимся в советское время в умеренной оппозиции светской советской власти и КГБ. Власть преследовала монахов, давила и гоняла, некоторых сажала в тюрьмы и всячески мешала их религиозной деятельности, распространяя свой проклятый атеизм.

Через всю книгу проходит довольно примитивная мысль, многократно повторяющаяся и иллюстрируемая случаями из жизни, что все происходящее с нами управляется неким пристальным божьим промыслом, и никаких случайностей не бывает – бог следит за каждым вашим чихом и поправляет вашу жизнь по своей воле. То есть не существует ни свободы воли, ни осмысленного поведения у людей. Нужно только постоянно молиться и все будет отлично. По воле божьей у вас не будет никаких житейских проблем, в нужный момент вы помрете и обретете вечную жизнь. И эту нехитрую идею Тихон старательно внушает читателю более чем на пятистах страницах.

Помните апостола Фому в Евангелии от Иоанна? Фома отсутствовал при первом по Воскресении из мёртвых явлении Иисуса Христа, и узнав у других апостолов, что Иисус воскрес из мёртвых и приходил к ним, сказал: «Если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в рёбра Его, не поверю». То есть Фома Неверующий не поверил в чудо на словах и потребовал убедительных материальных доказательств.

Так вот вся книга Тихона напичкана именно такими случаями и анекдотами, которые, по мнению автора, служат убедительными материальными доказательствами, заставляющими читателя уверовать и прийти в церковь. Проблема лишь одна: вначале придется поверить на слово Тихону, а многие его истории выглядят сомнительными, их трудно признать достоверными и правдивыми. В книге нет ничего трансцендентного, ничего по-настоящему возвышенного и непостижимого, все очень просто и приземленно: миром управляет бог, и нужно просто слушаться попов, постоянно молиться и регулярно выполнять ритуальные действия, предписываемые РПЦ, чтобы стать воцерковленным христианином. РПЦ — единственная правильная церковь, дарующая своим трупам вечную жизнь. А всякие там католики, буддисты, исламисты и прочие мерзкие еретики и атеисты просто игнорируются и их судьба автора совершенно не интересует. И вообще – есть ли у них бог? Или есть только православный бог, а все прочие — расходный материал, топливо для ада?

Федор Михайлович Достоевский явно напрасно старался, пытаясь показать, что настоящий верующий христианин только тот, кто верит без всяких доказательств и наглядных чудес, повинуясь внутреннему убеждению. Похоже, Тихон просто не читал Достоевского. Или не понял.

Ну вот, например, Тихон описывает случай, когда родственники пригласили его исповедовать и причастить умирающего профессор ВГИКа, знаменитого актера и режиссера Сергея Бондарчука, находившегося при смерти. Бондарчук не только сыграл Пьера Безухова и снял лучшую экранизацию «Войны и мира», он преклонялся перед гением Льва Николаевича Толстого, и свое вероучение обрел не в РПЦ, а в религиозных трудах Толстого, которого церковь грубо отвергла и подвергла анафеме. Видимо, Бондарчук страдал от рака. Он лежал в большой затененной шторами комнате, а напротив кровати, прямо перед взором больного, висел большой, прекрасного письма портрет Толстого.

Тихон заявил родным режиссера, что находится здесь для того, чтобы напомнить о драгоценном знании, которое РПЦ хранит и передает из поколения в поколение: смерть физическая – вовсе не конец существования, а начало новой жизни, к которой предназначен человек.

Тихон выкинул то, во что беспомощный больной старик верил всю свою сознательную жизнь, навешал ему на уши своей лапши и нам наврал три короба. Цитирую Тихона, наслаждайтесь:

«Люди, далекие от Церкви, не понимают, что по причине нераскаянных грехов и страстей человек оказывается доступным для духовных существ, которых в Православии именуют бесами. Они то и устрашают умирающего, в том числе принимая облик некогда знакомых ему лиц. Их цель – привести человека в испуг, смятение, ужас, в предельное отчаяние. Чтобы в иной мир душа перешла в мучительном состоянии безнадежности, отчаяния, отсутствия веры в Бога и надежды на спасение.»

«Потом мы с домочадцами Сергея Федоровича на минуту вышли за дверь, и я, как мог, объяснил им, что безутешное горе и отчаяние родных усугубляют душевную боль умирающего. <…> Смерть – не только горесть об оставляющем нас человеке, но и великий праздник для христианина – переход в жизнь вечную. Необходимо всеми силами помочь ему подготовиться к этому важнейшему событию. И уж точно не представать перед ним в унынии и отчаянии. Я попросил Ирину Константиновну и Алену приготовить праздничный стол, а Федю – выставить лучшие из напитков, какие найдутся в доме.»

«Надо было готовиться к совершению Таинства. Но на стене перед взором больного по-прежнему, как икона, висел портрет его гения. Поставить Святые Дары для подготовки к причащению можно было только на комоде, под изображением писателя. Но это представлялось немыслимым! Толстой при жизни не просто отказывался верить в Таинства Церкви: долгие годы он сознательно и жестоко глумился над ними. Причем с особой изощренностью  – именно над Таинством причащения. Бондарчук знал и понимал все не хуже меня. С его разрешения я перенес портрет в гостиную...»

Затем Тихон остался возле умирающего, и «Бондарчук очень глубоко, мужественно и искренне исповедовался пред Богом за всю свою жизнь». Видимо автор полагает, что читатель поверит его чудодейственным манипуляциям и проповедям:  «Сергей Федорович – впервые после своего далекого детства – причастился Святых Христовых Тайн. Все были поражены, с каким чувством он это совершил. Даже выражение боли и мучения, не сходившее с его лица, теперь исчезло.»

«Закончив с главным, мы накрыли прекрасный стол у постели больного. Федя налил всем понемногу красного вина и старого отцовского коньяка. Мы устроили настоящий безмятежный и радостный праздник, поздравляя Сергея Федоровича с первым причащением и провожая в таинственный «путь всея земли», который ему вскоре надлежало пройти.»

Перед уходом Тихон научил Бондарчука молиться: «Я записал на листке и положил перед ним текст самой простой, Иисусовой молитвы: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного». Никаких молитв Сергей Федорович не знал.»

Прошло несколько дней, и Алена Бондарчук рассказала по телефону, что состояние отца разительно изменилось. Ужасные видения больше не тревожили его. Он стал спокоен, но как-то явственно отрешился от мира. Лежал и шептал молитву, а иногда прижимал к губам крестик на четках, когда физическая боль становилась нестерпимой. Но Сергей Федорович продолжал страдать, и его перевезли из дома в ЦКБ. Когда Тихон подошел к Бондарчуку в больницу, тот приоткрыл глаза, давая понять, что узнал. В его руке были четки. В тот же день он умер.

Остальные истории в этой книги примерно столь же церковно-поучительные. Довольно большая часть книги, особенно в конце, повествует о друзьях Тихона, с которыми он сошелся в монашестве в Псково-Печерском монастыре и общался с ними в разных захолустных приходах Псковской области. Особенно много внимания рассказчик уделяет своему другу иеромонаху Рафаилу, он последние три года служил в Порхове, но из-за происков КГБ его постоянно переводили из одного прихода в другой, так как его настоящее имя — Борис Огородников. Он был братом известного диссидента Александра Огородникова, организовавшего христианский семинар, на котором изучали богословие и христианскую философию. Из этого кружка позже вышел религиовед А. В. Щипков, а его матери, Татьяне Щипковой, тоже активной участнице этого семинара, при входе в Смоленский университет недавно установлена мемориальная доска. С группой единомышленников (среди которых был Владимир Пореш, ныне известный смоленский фотохудожник, дизайнер и руфер) он в 1976 выпускал самиздатский журнал «Община». Александр Огородников не раз бывал в Смоленске. Его снимали с поезда и арестовывали сотрудники КГБ (о чем вся страна узнавала по Би-би-си и Радио «Свобода»), его неоднократно осуждали, и он стал известным узником совести.

Любопытно, что уделив так много внимания Пскову, Тихон ни разу не упоминает Смоленск, хотя пишет о смоленских религиозных диссидентах. Не потому ли, что митрополитом в Смоленске в те годы был нынешний патриарх Кирилл? Поразительно: в книге упоминается немало разных Кириллов, но ни разу не встречается имя патриарха Кирилла! А ведь первое издание книги вышло в свет более чем через два года после того, как митрополит Кирилл стал патриархом Кириллом. Неужели Тихон ни разу с ним не общался? Или забыл об этом? Или ненавидит Кирилла? Полагаю, эта загадка должна иметь какое-то объяснение. Может быть между Тихоном и Кириллом существуют какие-то непростые отношения? Или Тихон не считает Кирилла достойным звания патриарха? Или он тем самым косвенно подтверждает, что Кирилл был сотрудником КГБ (о чем в прошлом неоднократно сообщали СМИ), а эта организация всегда была враждебна настоящим монахам, духовенству, старцам и монашеству. Наверное, не совсем случайно ходят слухи, будто у Тихона есть шансы стать следующим патриархом, хотя сам он энергично отвергает такую возможность.

Для меня осталось загадкой, которой в книге я не нашел объяснения, почему вполне благополучные молодые люди в начале 80-х толпой повалили в монахи и стали теми самыми несвятыми святыми? Сам Тихон после ВГИКа вдруг прервал свои кинематографическую карьеру и ушел в монастырь под Псковом, чтобы в качестве монашеского послушания чистить навоз в коровнике и охранять ворота монастыря. Но, возможно, именно таким путем он сделал еще более потрясающую, просто фантастическую карьеру, став епископом, настоятелем Сретенского монастыря и духовником президента РФ (остальные его звания, должности, почетные посты и награды перечислены в Википедии). 

Имя Путина в книге тоже ни разу не упоминается, хотя точно известно, что они давно знакомы, Тихон с давних пор духовник Путина (почему?), а в последнее время он постоянно сопровождает президента в поездках в составе его окружения. И с бывшей женой Путина Тихон тоже знаком. Псковские монастыри ей почему-то оказались особенно важны. Есть сведения, что бывшая супруга Путина Людмила в начале 2000-х неоднократно прилетала в аэропорт Пскова на арендованном в Швейцарии реактивном VIP-самолете «Челленджер» CL-601, откуда автомобильный кортеж отвозил ее для посещения в Снетогорский женский и Псково-Печорский мужской монастырь. С кем она там общалась, неизвестно. В СМИ ходили слухи, что она стала монахиней или даже настоятельницей в женском Спасо-Елеазаровском монастыре, но Псковская епархия этого не подтвердила. Кстати, этот женский монастырь находится в деревне Елизарово — это буквально в паре километров от деревни Толбица, о церковном приходе которой Тихон немало пишет в своей книге, но о женском монастыре — ни слова. После развода с Путиным в 2013 году Людмила вернула себе девичью фамилию Шкребнева, а затем вышла замуж, и ее зовут Людмила Очеретная. Но ни Путина, ни Людмилы книга не упоминает.

Но вот Борису Огородникову, который был настоящим хулиганом, шутником и приколистом, автор уделяет в книге много места и даже признается в дружбе и любви к нему. Отец Рафаил не умел даже читать проповедь в церкви. В лучшем случае у него получалось: «Э ээ… М эээ… Братья, сестры, того… С праздником, православные!» Никакого систематического религиозного образования у отца Рафаила не было, как, впрочем, и у нынешнего епископа Тихона. И вообще Рафаил больше увлекался своим реактивным «Запорожцем», перекрашенным в черный цвет, на котором он гонял по Псковской области, о чем Тихон подробно пишет на десятках страниц. И еще он постоянно пил чай. Когда Тихон столь многословно описывает такие ничтожные подробности, становится особенно очевидно, что он нечто весьма важное опускает, скрывает или умалчивает. Неужели он полагает, что такому пустословию можно поверить?

И тем не менее эта глуповатая книга стала самым крутым бестселлером в России за последние годы. Это факт. И само по себе это важный симптом трансформации, происходящей в духовной жизни общества. Не зря шутники теперь говорят, что тем российским гражданам, кому не удалось прорваться на связь с Путиным во время прямой линии, достался лишь утешительный приз — мощи Николая Чудотворца.

Архимандрит Тихон (Шевкунов). «Несвятые святые» и другие рассказы. — М.: Издательство Сретенского монастыря, 2013. — 552 с. — Тираж 10000. — Твердый переплет.

Массимо Монтанари. Голод и изобилие. История питания в Европе

О чем обычно пишут учебники истории? О властителях и полководцах, о королях и царствованиях, о победах, о захватах власти, территорий и прочем героизме. Но вдумчивого историка должна интересовать история цивилизации. То есть история культуры, идей, изобретений, образа жизни. И эпистемология, как история достоверного научного знания.
Через историю еды, способов ее производства и моделей потребления Массимо Монтанари коснулся более широкой темы — всей истории нашей цивилизации. Многие экономические, демографические, социальные, политические и культурные аспекты развития цивилизации имели непосредственную и первоочередную связь с проблемами питания. Да иначе и быть не может, если ежедневное поддержание жизни — первейшая и неизбежнейшая из человеческих потребностей. Но еда (и питьё) также и наслаждение: между этими двумя полюсами потребности и наслаждения расположена непростая и запутанная подлинная история, обусловленная отношениями власти и социальным неравенством. Всю историю Европы можно представить как историю голода и изобилия, в которой решающую роль играет также образный мир культуры.

Массимо Монтанари — медиевист, поэтому многие страницы его книги посвящены Средневековью. Он специалист по истории питания, преподаватель университета в Болонье.

Автор объясняет принципиальную разницу между греко-римской цивилизацией, которая основывалась на трех важнейших продуктах — пшеничный хлеб, вине и оливковом масле, в дальнейшем освященных христианской религией. Античная культура в питании поощряла скромность, умеренность, изысканность, гурманство, наслаждение вкусом. А варварская культура центральной и северной Европы представляет полную противоположность, происходящую от язычества кельтов, которое поощряло способность съесть как можно больше — это было тогдашним идеалом красоты. Такое обжорство основывалось на мясе, а после прихода христианства главными продуктами стали также пиво и сливочное масло, так как оливкового масла севернее Альп не было. Так что в Европе наблюдается не только постоянный идеологический спор между Постом и Обжорством, но также спор между мясом и рыбой, между вином и пивом.

Культура вина пришла в «варварскую» Европу севернее Альп из Италии вместе с христианскими монахами. Мы видим противопоставление культуры вина культуре, даже культу, пива — в ритуалах некоторых народностей Северной Европы пиво играло роль священного напитка, сходную с ролью вина в христианской литургии. В «Житии святого Колумбана» имеется эпизод умножения хлебов и пива, неожиданно придающий этому северному напитку особое евангельское достоинство. «Отче, у нас всего два хлеба и немного пива». Но все вдоволь наелись и напились, корзины и кувшины не пустели, но наполнялись.

Однако культура вина не всегда противоречит пиву, но и объединяется с этой культурой. В IX в. Ахенский собор установил что-то вроде «таблицы соответствий» количества вина или пива, какое регулярные каноники могут употреблять ежедневно: «…пусть получают каждый день по пять фунтов вина, если оно в тех землях производится; если его производится мало, пусть получают по три фунта вина и по три пива; если вообще не производится, пусть получают по одному фунту вина и по пять фунтов пива». Монахи во время покаяния воздерживались от вина и пили только воду или пиво.

Массимо Монтанари поясняет, что в XIII-XIV веках Европа переживала тяжелый демографический кризис, который привел к голодным годам и массовому снижению иммунитета, что и послужило одной из причин повальной эпидемии чумы 1349-1352 годов, которая уменьшила население Европы минимум на треть. После такого «прореживания» в Европе наступило невероятное изобилие на пару веков. Поля сократились и превратились в луга для выпаса скота, и в XV веке в Германии был достигнут исторический максимум потребления мяса городским населением: 100 кг pro capite. Это огромная величина: с учетом постных дней, которых в разных регионах было 140-160 в году (когда ели рыбу), в оставшиеся дни года ели примерно по 500 граммов мяса в день! И это только данные продажи мяса на городских рынках, тогда как у многих было еще и небольшое собственное домашнее хозяйство. Причем если крестьяне питались преимущественно свининой, то коров и овец они перегоняли на рынки в города своим ходом и забивали там — другого транспорта еще не было.

Самой изысканной едой считалась птица — куры, каплуны, фазаны, куропатки. Хлеба ели немного, и хлеб был преимущественно серый и ржаной. Пшеница тогда была низкоурожайная — сам-четыре—сам-пять. Выращивать ее было менее выгодно, чем более плодовитые и устойчивые рожь или ячмень, приносившие сам-семь. Поэтому белый пшеничный хлеб был доступен преимущественно знати, которая питалась главным образом свежей дичью и птицей. Но пили тогда все — и высшие классы, и средние (горожане), и крестьяне. Вот что пишет автор:

«Потребление алкогольных напитков — вина или пива, в зависимости от региона, — в прошлом достигало чрезвычайно высокого уровня. Разумеется, невозможно вывести некую среднюю величину, общую для разных периодов, областей, классов общества, полов, возрастов. Но расчеты ученых свидетельствуют о том, что это потребление вряд ли опускалось ниже литра вина в день pro capite; чаще оно достигало двух, трех, даже четырех литров, что подтверждают данные, касающиеся разных мест и разных социальных групп, как городских, так и деревенских, начиная с XIII–XIV вв. (но и для более раннего периода сохранившиеся документы позволяют сделать сходные выводы). Еще более высоким было потребление пива. В Швеции в XVI в. его потребляли в 40 раз больше, чем сейчас. В английских семьях XVII в. потреблялось около трех литров в день на человека, включая и детей.»

Вино и пиво сами по себе являются продуктами питания и привносят в ежедневный рацион дополнительные калории, быстро и легко усваиваемые, что представляло тем большую ценность, чем бедней и однообразнее был этот рацион. «Некоторые, — пишет в 1551 г. Иоганн Бреттшнейдер, — живут за счет этого питья более, чем за счет еды как таковой; оно нужно всем, мужчинам, женщинам, старикам, здоровым и больным». Алкогольным напиткам приписывались действенные целебные свойства: они широко использовались в медицине как основа для приготовления лекарств, но и сам напиток считался лекарством чуть ли не от всех болезней. Ведь пиво богато витаминами.

Много интересного я узнал об истории итальянской пасты: самое древнее производство сухой пасты было основано возле Палермо на Сицилии еще в XII веке, и генуэзские купцы развозили пасту по всей Европе, вплоть до Англии. Голландцы добились от Рима разрешения не считать сливочное масло скоромным и использовать его в еде вместо оливкового масла. Этот молочный продукт добавляли даже в салаты, а затем возникли сливочные соусы. Только сало считалось запретным продуктом во время многочисленных постов.

Настоящую революцию в питании и демографии в Европе совершили привезенные из-за океана кукуруза и картофель. Распространению этих непривычных продуктов из Нового света способствовал самый глубокий минимум потребления продуктов питания, на грани хронического недоедания, который наступил в конце XVIII—начале XIX века. Самыми голодными были первые десятилетия XIX века: во Франции и других странах в 1812 году голод наступил из-за неурожая, а большая часть мужского населения сгинула в России. Кукуруза давала громадную урожайность — сам-восемьдесят. Маисовая крупа и лепешки накормили всю южную Европу — от Испании и Италии до Венгрии и Балкан. Картофель не прошел еще нынешней селекции, из-за чего разваривался и был кислым. К тому же первоначально по невежеству из него пытались печь хлеб. Но все же голод сделал свое дело и картофель стал популярным по всей Европе, а в Ирландии даже стал монокультурой, что привело при неурожае к страшному голоду в середине XIX века, погубив три миллиона ирландцев.

Благодаря революции в питании и пищевой промышленности население Европы, более не стесняемое дефицитом еды, размножалось с огромной скоростью, создавая рынок труда для промышленной революции в Европе. Даже после страшных войн XX века Европа быстро забыла, что такое голод, и теперь страдает не столько от дефицита, сколько от изобилия и избытка питания, порождающего всяческие диеты в страхе ожирения. Еда теперь дотупна всем, пить и есть теперь можно практически все, что угодно, — в любом месте и в любое время года.

Массимо Монтанари. Голод и изобилие. История питания в Европе. (La fame e l'abbondanza) / Переводчик: Анастасия Миролюбова. — М.: Александрия, 2009. — 288 с. — (Серия: Становление Европы). — Тираж 3000 экз.

Голод и изобилие. История питания в Европе

Православие в Законе / 2014

Огромный Успенский собор в Смоленске в 1924 году стал музеем атеизма. В июле 1941 года, вскоре после оккупации Смоленска гитлеровцами, маятник Фуко в Успенском соборе срезали и там возобновилась православная служба. Хотелось бы мне узнать судьбу священников, которые до 1943 года благославляли в соборе оккупантов и призывали к борьбе с Красной армией. Но мне о них ничего не известно. А после освобождения Смоленска служба в соборе продолжилась, так как Сталин тогда уже создал лояльную и контролируемую властью РПЦ.

Именно к этой РПЦ принадлежит и нынешний патриарх Кирилл (Гундяев), о деятельности которого бывшим монахом из Новосибирска Михаилом (Григорием) Барановым снят фильм-расследование "Православие в Законе". Этот документальный фильм о преступной клерикализации России посвящается 20-летию Конституции Российской Федерации.

Место действия этого документального фильма Россия XXI века. «Режим Путина» нуждается в идеологическом оправдании из-за непопулярных и некомпетентных действий. Он в тайне принимает решения по поводу массовой культивации религиозного восприятия со стороны граждан государства, полностью игнорируя основной закон-Конституцию… Держава постепенно скатилась от масштабных достижений советского времени к родо-племенным отношениям средних и каменных веков. Православные правители и народ с успехом сочетают языческие ритуалы и церковный чин.

В фильме можно услышать мнение более двадцати спикеров, людей весьма умных и интересных, среди которых академик Е.Б. Александров, доктор философских наук А.П. Назаретян, кандидат юридических наук С.А. Бурьянов, профессор военной академии С.И. Иванеев, депутат законодательного собрания И.И. Комолова, меценат и общественный деятель В.А. Бондаренко, писатель и режиссер А.Г. Невзоров, протоиерей В.А. Чаплин. Автор фильма намеренно уходит от оценочных суждений, предлагая зрителю самому сделать выводы.

Рекомендую посмотреть этот фильм и показать его всем, кого это может интересовать. Он наверняка заставит задуматься о том, что со всеми нами происходит и куда движется российское общество. У режиссера Михаила Баранова есть еще сайт Расцерковление: http://rascerkovlenie.ru/

Должен признаться, что с большим интересом мне довелось читать книги профессора Назаретяна (кроме последней, которую он как раз держит в руках в этом фильме), и я могу порекомендовать читать его книги всем, кому это интересно. Он говорит удивительно умные и глубокие вещи об истории, человечестве, цивилизации...  Просто крышу сносит от неожиданного взгляда на привычные вещи. Здесь можно скачать книги Назаретяна:  Назаретян А.П. — все книги →

Кроме того, есть отличная книга (Кристофер Хитченс. Бог не любовь. Как религия все отравляет), очень ясно и убедительно объясняющая почему религии вредны и опасны для цивилизации. Рекомендую!

А вот и новость про ликвидацию банка "Софрино" подоспела как нарочно. Похоже, РПЦ успешно разделалась с конкурентами в своем внутреннем оффшоре. Но про деловые связи Кирилла с Швейцарией написано определенно меньше и скромнее, чем можно было бы сообщить. Православный передел: как команды Алексия II и Кирилла делят финансовые потоки

Маргарита Альбедиль. Вечная Индия. Духовный путеводитель

Образ Индии, составленный по информации СМИ, представляется довольно туманным, запутанным и неясным. По поводу этой страны существует множество заблуждений и непонимания. Древняя и современная Индия неохотно приоткрывается иностранцам. На Западе эту великую страну называют иногда «музеем религий», хотя ситуация с индийскими религиями остается довольно запутанной и непонятной.

От великих мировых религий (буддизма, христианства и ислама) до архаичных племенных культов — кажется не осталось духовных экспериментов, которые не были бы поставлены в этой стране, давшей миру бесценные уроки мудрости. Помимо главной религии страны — индуизма — здесь процветают и другие национальные религии, например, джайнизм и сикхизм. Обо всех этих религиях рассказывает книга Маргариты Альбедиль.

Из этой книги читатель может понять, почему Индия — великий духовный учитель, и с ее религиозно-духовным наследием стоит познакомиться поближе. В довольно простой и доступной форме книга знакомит читателя с обширной духовной картой Индии, а не только как со страной на карте мира. И Индия оказывается целым непознанным континентом в пространстве духа.

Рекомендация читать книгу в возрасте старше 16 лет объясняется особенностями индийских верований и культов. Шива носит титул Лингараджа, что значит Царь лингама. А лингам — это фаллос, детородный орган, культ которого возник в Индии в доисторические времена и с тех пор традиция его почитания не прекращалась. Эта древняя традиция нередко шокирует европейцев, чье сознание исковеркано христианскими догмами. Но в Индии лингам воплощает животворную силу и неиссякаемую творческую энергию Шивы. Изображения лингама можно увидеть в любом индуистском храме страны. Изображения лингама бывают разные — от предельно реалистичных до символических и божественных, заставляющих задуматься о тайнах смысла жизни.

Фрагмент 1
Фрагмент 2

Сайт издательства «Вектор»: http://vektorlit.ru/

Маргарита Альбедиль. Вечная Индия. Духовный путеводитель. — СПб.: Вектор, 2013. — 272 с. — Тираж 1700 экз. — Твердый переплет. — Возрастные ограничения: 16+. — (Серия: Особый взгляд. Города и страны).

Архимандрит Тихон (Шевкунов). Гибель империи. Византийский урок

Полагаю, многие видели фильм «Гибель империи. Византийский урок», который несколько лет назад очень активно пиарили и неоднократно показывали по государственным телеканалам. Автор сценария и ведущий в этом документальном фильме архимандрит Тихон (Шевкунов). Он настоятель Сретенского монастыря в Москве, ректор Сретенской духовной семинарии и духовник В. Путина. Кстати, этот поп, прежде чем попасть в Москву и заняться обучением, кино и книгами, монашествовал в Псково-Печерском монастыре, где будто бы и познакомился с Путиным. А начинал он с того, что закончил сценарный факультет ВГИКа. Википедия сообщает о Тихоне: «Церковный писатель. Руководит издательством Сретенского монастыря и является главным редактором интернет-портала Православие.Ru.»

В фильме используется простой прием сближения обстоятельств саморазрушения Византии и положения России в наши дни. Автором создана этакая историческая метафора, понятная каждому зрителю, хотя Россия в фильме почти не упоминается. Речь идет о крушении Византии, но говорится о ней так, чтобы натолкнуть сознание зрителя на явные исторические параллели.

В рассматриваемой книге на первых 65 страницах приведен сценарий фильма «Гибель империи. Византийский урок». Этот текст сопровождается комментарием, к которому отсылают многочисленные ссылки. Комментарий обширен и набран мелким шрифтом, хотя важной информации содержит не слишком много: статьи комментария содержат повторы того, о чем говорится в сценарии и за уточнениями и дополнениями приходится обращаться в Википедию и к другим источникам. Такое скачущее чтение сценария и пояснительного комментария немного раздражает. Тем более, что Шевкунов не дает внятных объяснений причин крушения Византии. Он много говорит о подлом коварстве Венеции и Генуи, активно обвиняет католицизм и западную Европу, но остается без объяснений, почему же капиталы из Византии постепенно перебежали в Венецию (помимо прямого ограбления Константинополя во время крестового похода 1204 года), а многие жители Византии почему-то столетиями покидали свою благословенную империю, чтобы навсегда остаться на Западе.

Византия действительно была наследницей Восточной Римской империи, ее богатств, знаний и богатейшей эллинской культуры. В какой-то исторический период Византия действительно оказалась богатейшим государством мира, средоточием культуры и цивилизации в мире, погрузившемся во мрак Средневековья. Впрочем, о мраке Средневековья, наступившем после христианизации Европы, Шевкунов не упоминает, а просто говорит о варварской Европе, которая смогла вступить на путь цивилизации и капитализма, только ограбив Византию.

О главной причине крушения Византии Шевкунов говорит неубедительно. После более чем тысячи лет существования Византийская империя явно одряхлела, выродилась, бюрократизировалась, потеряла энергию, погрязла в коррупции, не поощряла инициативу, народ империи утратил пассионарность и волю к жизни, перестал вступать в браки, создавать семьи, растить детей, а многие жители Византии считали признаком высокой цивилизации эвтаназию и добровольный уход из жизни. Автор пытается свалить вину за сокрушительный крах Византии на католический Рим: якобы это происходило из-за утраты в империи истинной православной веры, так как два последних императора Византии были униатами, то есть признали верховенство католического христианства и папы римского. О роли греческого православия в развале империи не сказано вообще почти ничего, лишь отмечается, что перед нашествием турок и взятием Константинополя в 1453 году из-за подъема национализма греков, а затем болгар и сербов, которые не хотели жить в единстве с азиатской Византией, некому было дать убедительный отпор туркам, осадившим Константинополь. В результате, просуществовав более тысячи лет, империя бесславно погибла, а Константинополь, переименованный турками в Стамбул, стал мусульманским.

Помимо консервативного топтания вокруг традиционных ценностей и восхваления прошлого, ни одной свежей мысли, обращенной в будущее, у Тихона не наблюдается. Весь сценарий написан с одной целью: прокаркать трагическое предупреждение, что подобная угроза краха нависла и над Россией. Более того, с начала ХХ венка Российская империя последовательно разрушается и разваливается, как разрушились многие другие империи. Нехитрая идея, что все известные нам в истории человечества цивилизации и империи оказались весьма недолговечными, возникает только в комментарии, но затем благополучно забывается, не получая никакого развития. А ведь все империи, как и люди, рождаются, крепнут, достигают апогея, стареют, а потом когда-то безвозвратно погибают. Но такая мысль не получает отражения ни на бумаге, ни в фильме.

Разумеется, могучая и богатая Византия пала и исчезла. Фильм в первую очередь именно об этом, хотя объяснения, почему так произошло, ненаучны и слишком густо пропитаны идеологией. Автор протаскивает свою православную догматику, ставя знак равенства между православием и Византией и намекая на то, что Россия – это тоже воплощенное православие. Но, увы, мы так и не узнаем, почему «величайшее в мировой истории и необычайно жизнеспособное государство с какого-то момента стремительно стало утрачивать жизненные силы». Во всяком случае, я этого понять не сумел, изучив книгу и фильм. Так что перед нами типичный образец церковной публицистики, не отягощенной аргументами.

Кстати, вторая половина книги содержит различные интервью и статьи, разжевывающие и развивающие нехитрую идею фильма. Никаких иных предложений, кроме призывов укреплять православие, отождествляемое с патриотизмом, там не содержится. Фильм предрекает, что Россию, перешедшую через тысячелетний рубеж своей истории, может постичь участь Византии. Но ведь ничто не вечно под луной. Авторы фильма предрекают трагический диагноз, но не дают рецептов от внутренних болезней общества и власти.

Судя по удивительно успешной судьбе фильма «Гибель империи. Византийский урок», подобные консервативные мысли разделяют влиятельные силы в России. Они и на издание этой книги не поскупились: книга хоть и в мягкой обложке, но напечатана на роскошной мелованной бумаге и снабжена многочисленными цветными иллюстрациями. Да и тираж приличный — сразу 10.000 экз. Такая книга в производстве не дешева, но, видимо, издатель не опасался, что останется в убытке.

Архимандрит Тихон (Шевкунов). Гибель империи. Византийский урок. — М.: Эксмо, 2008. — 240 с. — Тираж 10000 экз.

Александр Никонов. Опиум для народа. Религия как глобальный бизнес-проект

Тем, кто читал другие книги Александра Петровича Никонова, хорошо известно, что автор — убежденный атеист. Он вообще известный популяризатор науки и специалист по развенчанию разнообразных мифов, на чем и зиждется его огромная популярность среди читателей. На сей раз Никонов анализирует тексты Священного писания. Как всегда логично, аргументированно и убедительно, не забывая о присущей ему иронии, автор остроумно показывает, что Ветхий Завет — не что иное, как сборник волшебных сказок и противоречивых легенд древних еврейских скотоводческих племен. Их священные тексты, на основе которых было создано христианство, впитало эпосы и легенды более развитых народов и цивилизаций Ближнего Востока. Нет, книга не содержит антисемитизма, но и не скрывает, что невежественных и вороватых кочевых евреев-скотоводов в те времена презирали и в Месопотамии, и в Египте. Неудивительно, что созданное ими христианство обладает многими признаками самых допотопных языческих религий, со всем их фетишизмом и жертвоприношениями, в том числе человеческими…

Большинство людей, искренне называющих себя верующими, о христианстве имеют весьма поверхностное представление, в церковь ходят только на экскурсию, с попами не общаются, а Священное писание никогда не читали. А ведь Библия для верующих — фундаментальный текст, как для марксиста «Капитал». Никонов подвергает этот текст анализу и показывает его нелепость и невероятное множество противоречий. Не случайно в Средние века Библию простые верующие читать не могли под страхом инквизиции, ибо любого здравомыслящего человека она превращает в еретика. Да и Евангелие в своей основе не оригинально, ибо перепевает мифы древних культур, а нелепостей и противоречий в нем тоже хватает. 

В третьей части книги Александр Никонов излагает весьма любопытную теорию ныне покойного московского экономиста Кирилла Коликова. В основе экономики — человеческая психология. Именно психология подтолкнула Кирилла Коликова заняться исследованием экономики событий, которые случились четырнадцатого дня месяца Нисана семьсот восьмидесятого года от основания Рима... Многие человеческие взаимоотношения могут быть объяснены экономическими мотивами. Безобразная евангельская сцена, получившая название «изгнание торговцев из иерусалимского храма», получила в книге весьма убедительную историческую интерпретацию. В основе истории Христа оказываются деньги и политические интриги в римской колонии. Эту теорию Александр Никонов назвал «Евангелием от Кирилла». Преимущество этого евангелия перед каноническими только в его большей психологической достоверности и в том, что оно реалистично.

Церковь веками соблюдала идеологический тоталитаризм. Она монополизировала Единственно верное учение, а сомневающихся пытали по подозрению в ереси и колдовстве, чтобы вырвать изо рта жертвы признание и имена «соучастников». Это был самый настоящий христианский сталинизм. Или фашизм, разница не велика, все тотальные идеологии одинаковы... О церкви книга рассказывает действительно страшные вещи. А кроме того, христианская церковь, по своей сути, стала грандиозным глобальным коммерческим проектом, основанным на обмане и духовном порабощении, хотя всегда извращала многие понятия в свою пользу.

Можно не сомневаться, что эта книга способна оскорбить «религиозные чувства» определенных слоев верующих, жаждущих конфликта во имя своей идеологической догмы. Особенно тех, которые считают, что могут своими религиозными мифами охмурять других, но никому не позволяют анализировать их коммерческую религиозную практику. Чтобы успокоить воспламененный гнев и ярость тех, чьи религиозные чувства задеты, стоит добавить, что книга Александра Никонова вовсе не о вере. Вера — дело личное. Каждый имеет право на свои внутренние, интимные, скрытые от чужих взоров чувства и заблуждения. Но религия и церковь — совсем другое дело. Это циничный бизнес. Поэтому вполне закономерен вопрос автора: почему занимаясь своим бизнесом (если не сказать: преступным мошенничеством!) по оболваниванию людей, церковь паразитирует и не платит никаких налогов? 

Полагаю, что прочесть эту книгу о христианстве полезно всем — и верующим, и неверующим. А уж неуверенным и колеблющимся ее надо прочитать обязательно: хорошо прочищает мозги от этой отравы. Завершается книга такими словами:
«Умному закон не нужен, чтобы быть порядочным. А тупому необходима узда. И христианство явилось такой уздой — страшной сказкой для плебса, который, словно осел, управляется райской морковкой, висящей спереди, и адской плеткой, висящей над задницей. Иначе быдло не понимает: «А зачем мне быть нравственным, если Бога нет?» Христианство — это суррогатная нравственность.»

Александр Никонов. Опиум для народа. Религия как глобальный бизнес-проект. — М.: НЦ ЭНАС, СПб.: Питер, 2009. — 344 с. — (Серия: Точка зрения) — Тираж 3000 экз.

Ошо. Мятеж, Революция, Религиозность

Бхагван Шри Раджниш (1931-1990), в последний год жизни пользовавшийся псевдонимом Ошо, известен как проповедник философии «полного освобождения». В дзэн-буддизме «Ошо» — это титул, который дословно переводится как «монах» или «учитель». Его считают неоиндуистским гуру и мистиком. Ошо — основатель системы ашрамов во многих странах, где последователи предавались динамической медитации и групповой психотерапии. В США он основал международное поселение Раджнишпурам, где отстаивал среди хиппи свободу сексуальных отношений, устраивал практики с использованием секса и оргий, за что приобрел в западных СМИ, которые его не осбенно жаловали, прозвище «секс-гуру».

Раджниш Ошо / Rajneesh Osho

Пожалуй, еще больше Ошо прославился своей довольно настойчивой и граничащей с анархизмом критикой всяческих идеологий — от социализма и Махатмы Ганди до традиционных религий и капитализма. В 1984 году его последователи в США совершили биотеррористический акт с применением сальмонеллы и ряд других акций. В некоторых странах организация Ошо причислялась к деструктивным сектам и культам, а в СССР движение Раджниша было запрещено. По мнению христианских проповедников, отличительная особенность учения Ошо состоит в его полном отрицании западных моральных норм.

Но теперь времена другие: книги Раджниша Ошо можно приобрести чуть ли не в любом российском книжном магазине. Хотя сам он книг не писал, а его книги представляют собой запись последователями его речей в 1969-1989 годах, имя Ошо как автора указано более чем на 600 книгах!

В этой книге Ошо, словно отчаянный атеист, громит все традиционные религии и идеологии. Особенно страстно и убедительно он уничтожает христианство, как величайшее зло, хотя достается и другим религиям. Пожалуй, менее других религий он критикует буддизм, хотя сам Ошо не буддист. Его семья принадлежала к религиозной общине джайнов, проповедующей полное ненасилие и наличие души у всех живых существ. Джайнизм — древняя индийская религия, которой около трех тысяч лет. Но и джайнам Ошо не дает спуску, заявляя, что один из деятелей этой религии, выступивший на стороне правительства в войне между Индией и Китаем, должен быть отлучен, так как это учение отрицает всякое насилие и выступает против любой войны. Никаких исключений!

Книга построена из вопросов и ответов. Отвечая на вопросы учеников, Ошо раскрывает перед ними подлинную природу мятежного духа, обладание которым требует от человека храбрости и готовности изменить не только свою жизнь, но и свое сознание. Автор утверждает, что любое общество, любая религия стремятся подавить потенциал бунтаря и мятежника в человеке. Поощрять мятежность — значит учить людей выступать против оболванивающих традиций, против связывающих обычаев, против общепринятых норм и правил. Пожалуй, о серьезных вещах говорится слишком поверхностно в этаком легком попсовом стиле. Вот несколько типичных цитат:

Карл Маркс жил в христианском мире, а не в иудейском. Идеи он заимствовал у Иисуса Христа. В тот момент, когда Иисус сказал: «Блаженны нищие, ибо они наследуют Царство Божье», он посеял семя коммунизма. <…>

Адольф Гитлер говорил своему народу: «Это священная война». Он объявил крестовый поход. Он всего лишь заимствовал христианский лозунг. Он был христианином и считал себя реинкарнацией пророка Илии. Он считал себя равным Иисусу Христу, возможно даже чем-то большим, ведь он пытался совершить то, чего не сумел сделать Иисус. <…>

Какой властью обладал Иисус? Он даже Сам не мог спастись. Но Адольф Гитлер, завоевав весь мир, непременно обратил бы весь мир в христианскую веру. Но это было бы не христианство Иисуса Христа, а христианство Адольфа Гитлера. Библия перестала бы быть священной книгой. Священной книгой стала бы книга Гитлера, как бишь ее… «Mein Kampf». <…>

Сначала у нас забирала свободу церковь, Бог лишал вас свободы. Теперь коммунизм заменил вам церковь — и коммунизм заберет у вас свободу. А без свободы нет радости. <…>

Истинное знание строится на твоем собственном опыте, на твоем собственном поиске — а когда ты знаешь себя, тебе не нужно ни во что верить. Любая вера — это яд, ибо она убивает в тебе желание искать истину. <…>

Мы прошли через революцию в Индии и можем извлечь важный урок. Люди, которые подняли страну на борьбу с британским правлением, были последователями Махатмы Ганди, а он проповедовал аскетизм, отказ от собственности. Когда революционеры пришли к власти, все они, ученики Ганди, поселились во дворцах, построенных для вице-королей. Все ученики Ганди, которые всю жизнь считали себя слугами народа, стали его хозяевами. И вскоре коррупция в Индии достигла таких масштабов, каких не было нигде в мире. <…>

Каждый отдельный человек, который проходит через внутренний мятеж, сражается не с другими людьми, а с собственной темнотой и невежеством. Ему не нужен меч, ему не нужны бомбы; он нуждается в большей чуткости, большей медитативности, большей любви, большем благочестии, большей благодарности. Впитывая эти качества, он рождается заново.

Ошо. Мятеж, Революция, Религиозность (Rebellion, Revolution and Religiousness). / Перевод: Ирина Митрофанова. — М.: Издательство «София», 2012. — 224 с. — Тираж 5000 экз.