Новая звезда мировой популярной науки — израильский профессор Юваль Ной Харари, автор бестселлера «Сапиенсы: краткая история человечества», — рассуждает в своей книге о том, как наш вид дошел до такой жизни. Еще 100 тысяч лет назад люди были незначительной группой приматов, ютящейся в африканской саванне, а теперь мы контролируем эту планету.
Тезис Харари заключается в том, что это стало возможным благодаря способности человека к гибкой социальной кооперации в больших масштабах. Люди не являются единственным видом животных, способным к кооперации тысяч особей — это также умеют делать насекомые. Но социальная жизнь насекомых не отличается пластичностью, как шутит Харари: пчелы не могут свергнуть свою королеву и учредить республику пчел. С другой стороны, шимпанзе или хищные кошки имеют довольно гибкую социальную структуру, но она ограничена личными связями: шимпанзе не летают на конференции по видам бананов.
В основе успеха нашего вида, таким образом, лежит способность к социальному воображению и созданию коллективных символических систем: религии, права, денег и так далее. Эти идеи позволяют коммуницировать, обмениваться опытом и помогать друг другу гигантскому количеству незнакомых людей, причем мы сохраняем способность к переизобретению новых правил — история человечества может быть описана как трансформация символических систем, поддерживающих социальный порядок.
Вторая книга Харари (и это довольно ожидаемый ход) — Homo Deus: A Brief History of Tomorrow, она выйдет в сентябре, будет посвящена тому изобретению, которое может стать последним для нашего вида — искусственному интеллекту. Харари считает, что основная проблема создания ИИ связана с социальными последствиями: он предсказывает появление класса «бесполезных людей». Соответствующие страхи уже обсуждались во время первой индустриальной революции, и тогда они себя не оправдали, но с точки зрения Харари, сейчас ситуация принципиально иная. Индустриальная революция привела к тому, что машины начали выполнять работу, связанную с физическими навыками людей. Но настоящие проблемы начнутся, когда компьютеры смогут выполнять те функции, которые были связаны с нашими когнитивными способностями, — и это происходит прямо сейчас. Пересказ позиции Харари по этому поводу Guardian.
Самое ценное в этой истории касается замечания Харари о том, что современное государство выстроено вокруг идеи человека как солдата и как работника, и что, следовательно появление класса «бесполезных людей» с неизбежностью ставит вопрос о политической революции (которая может протекать в разных видах, но суть от этого не изменится — мир, в котором работа кончилась, несовместим с современными государственными институтами).
Ценных рекомендаций на тему, «что делать», у Харари нет, но он говорит, что этот вопрос нужно ставить как политический, а не просто как отвлеченную тему, которая обсуждается группой фриков в университетах.
Тезис Харари заключается в том, что это стало возможным благодаря способности человека к гибкой социальной кооперации в больших масштабах. Люди не являются единственным видом животных, способным к кооперации тысяч особей — это также умеют делать насекомые. Но социальная жизнь насекомых не отличается пластичностью, как шутит Харари: пчелы не могут свергнуть свою королеву и учредить республику пчел. С другой стороны, шимпанзе или хищные кошки имеют довольно гибкую социальную структуру, но она ограничена личными связями: шимпанзе не летают на конференции по видам бананов.
В основе успеха нашего вида, таким образом, лежит способность к социальному воображению и созданию коллективных символических систем: религии, права, денег и так далее. Эти идеи позволяют коммуницировать, обмениваться опытом и помогать друг другу гигантскому количеству незнакомых людей, причем мы сохраняем способность к переизобретению новых правил — история человечества может быть описана как трансформация символических систем, поддерживающих социальный порядок.
Вторая книга Харари (и это довольно ожидаемый ход) — Homo Deus: A Brief History of Tomorrow, она выйдет в сентябре, будет посвящена тому изобретению, которое может стать последним для нашего вида — искусственному интеллекту. Харари считает, что основная проблема создания ИИ связана с социальными последствиями: он предсказывает появление класса «бесполезных людей». Соответствующие страхи уже обсуждались во время первой индустриальной революции, и тогда они себя не оправдали, но с точки зрения Харари, сейчас ситуация принципиально иная. Индустриальная революция привела к тому, что машины начали выполнять работу, связанную с физическими навыками людей. Но настоящие проблемы начнутся, когда компьютеры смогут выполнять те функции, которые были связаны с нашими когнитивными способностями, — и это происходит прямо сейчас. Пересказ позиции Харари по этому поводу Guardian.
Самое ценное в этой истории касается замечания Харари о том, что современное государство выстроено вокруг идеи человека как солдата и как работника, и что, следовательно появление класса «бесполезных людей» с неизбежностью ставит вопрос о политической революции (которая может протекать в разных видах, но суть от этого не изменится — мир, в котором работа кончилась, несовместим с современными государственными институтами).
Ценных рекомендаций на тему, «что делать», у Харари нет, но он говорит, что этот вопрос нужно ставить как политический, а не просто как отвлеченную тему, которая обсуждается группой фриков в университетах.
