Александр Беляев. Властелин мира

Фантастический роман «Властелин мира», принадлежащий перу моего земляка великого фантаста Александра Беляева, раньше мне читать не довелось. Это не просто научная фантастика, а настоящий роман-предостережение, хотя теперь понятно, что с человеческим мозгом все не так просто, как представлялось в начале ХХ века. 

Тот, кто владеет человеческими умами, владеет миром, – и это понимает молодой талантливый немецкий ученый Людвиг Штирнер. Этот инженер-бионик изобрел удивительный аппарат, передающий его мысленные приказы на расстоянии, как радиоволны. Отныне изобретатель может получить все, о чем раньше не смел и мечтать, – богатство, власть и даже сердце любимой девушки Эльзы.

«Властелин мира» рассказывает о проблемах власти человека над миром и над самим собой. Герой романа Штирнер не просто передает свои приказы и подчиняет людей своим желаниям, а и использует аппарат для зомбирования, гипноза и подавления воли. Вначале действие происходит в Берлине на Биржевой площади. Прекрасно описывается биржевой крах, опережая события 1929 года, когда обвалились мировые биржи. Штирнер прибирает к рукам немецкие банки и промышленность, становясь богатейшей персоной в Европе. Аппарат становится все более совершенным. Огромные массы людей, утратив свободу воли, могут, задыхаясь, признаваться друг другу в любви. Но могут моментально строиться в шеренги и колонны, чтобы идти убивать. Убивать тех врагов, на которых им укажут.

Против Штирнера оказываются бессильны полиция, армия, спецслужбы и общественный комитет спасения. Единственный, кто оказался способен ему противостоять, – московский молодой ученый Качинский, тоже занимающийся проблемой воздействия радиоволн на человеческий мозг. Начинается война двух гениев.

Александр Беляев был лично знаком с дрессировщиком животных Дуровым, который умело сообщал диким зверям свою волю. Он также общался с психиатром Бехтеревым, сторонником телепатии и парапсихологии, и с физиком Бернардом Кажинским, который стал прототипом персонажа этого романа Качинским. Книга Кажинского «Биологическая радиосвязь» (1962) была в домашней библиотеке моего отца-психиатра, и произвела на меня сильное впечатление. 

Судя по публикациям в интернете, идеи Кажинского были положены в основу экспериментов по созданию психотронного оружия. Можно как угодно относиться к подобным сообщениям и считать их вздорными, но в Германии и Советской России велись определенные исследования в этой области. Вот, например, одна из статей: «Что общего в гибели Советского Союза и фашистской Германии?»  http://irks.rusphysics.ru/files/SSSR%20Germania.pdf

Говорили даже, будто книгу Бернарда Кажинского «Биологическая радиосвязь» в 1960-х годах изымали из всех общественных библиотек. Должен отметить, что мне не удалось найти полноценную копию этой книги. Файлы (http://www.rait.airclima.ru/books/Kazinsky.pdf) этой книги публикуются в интернете без иллюстраций, чертежей, схем и графиков, которые играют важную роль в правильном понимании этой книги.

Александр Беляев родился в Смоленске. Учился в Смоленской духовной семинарии, окончил Ярославский Демидовский юридический лицей. После возвращения в Смоленск работал помощником присяжного поверенного, одновременно начал публиковать в газетах театральные рецензии. Первая художественная публикация — детская пьеса "Бабушка Мойра" в 1914 году, тогда же попробовал себя в качестве режиссера. Однако, вскоре костный туберкулез надолго укладывает его в постель. Только в 1922 году Беляев смог снова вернуться к работе. Среди его должностей того времени пост инспектора по делам несовершеннолетних в Ялтинском уголовном розыске, воспитатель в детском доме. В 1923 году Беляев переехал в Москву, где работал в наркомате почт и телеграфа, затем юрисконсультом в наркомате просвещения.

В 1925 году Беляев публикует в журнале "Всемирный следопыт" рассказ "Голова профессора Доуэля" (в 1937 году переработан в роман), и с этого времени становится известен как писатель-фантаст. В дальнейшем он печатает множество рассказов и повестей, а также романы "Человек-амфибия" (1928), "Властелин мира" (1929), "Человек, потерявший свое лицо" (1929). Эти романы сыграли значительную роль в формировании гуманистических традиций отечественной фантастики. Более поздние произведения Беляева, за исключением его последнего романа "Ариэль" (1941), представляют из себя маловыразительную смесь политических агиток и научных идей, что объясняется в значительной степени жестким идеологическим прессингом, под которым приходилось существовать в те годы всем литераторам.

Александр Беляев умер от туберкулеза в Пушкине в 1942 году. Его творчество идеологически ангажированное советское литературоведение использовало для создания теории фантастики "ближнего прицела", которая довлела над отечественной НФ вплоть до появления "Туманности Андромеды" Ивана Ефремова.

Именем Александра Беляева названа учрежденная в 1989 году Ленинградской писательской организацией ежегодная премия за лучшие фантастические и научно-популярные произведения.

Роман Беляева "Властелин мира" в окончательной версии вышел в 1929 году. Но и в наши дни роман читается как увлекательное остросюжетное произведение, не лишенное язвительного юмора. Беляев всегда оставался оригинальным писателем именно потому, что ему удавалось сочетать остроту авантюрного сюжета, предвосхищение грядущих научных открытий и гуманистические традиции высокой литературы.

Александр Беляев. Властелин мира. — М.: АСТ, 2017. — 256 с. — (Серия Эксклюзив: Русская классика) — Мягкая обложка.

Агриппа Неттесгеймский. Речь о достоинстве и превосходстве женского пола

Автор этой небольшой работы с удивительным названием Агриппа Неттесгеймский. В Германии его называют просто Agrippa. Это имя он взял в честь основателя своего родного города Кёльна.

В 15 году н. э. в укреплённом селении на Рейне, окружённом дремучими германскими лесами, в семье римского полководца Германика рождается Агриппина, которая считается матерью-основательницей города Кёльна. Став женой римского императора Клавдия и вместе с тем императрицей (а позже матерью императора Нерона), она склоняет мужа дать её родному городу статус колонии, официально ставящий его в ранг независимых имперских городов и вводящий римское право. 

В 50 году город получает этот статус и называется с тех пор «Колония Клавдия и Алтарь агриппинцев» (лат. Colonia Claudia Ara Agrippinensium). Сокращённо город называли Колония Агриппины (лат. Colonia Agrippinensis). К Средневековью от длинного названия осталось только имя «Колония», на местном простонародном языке — Кёльн.

Настоящее мужское имя Агриппы было Генрих Корнелиус Неттесгеймский (Heinrich Cornelius von Nettesheim). Он родился 14 сентября 1486 года в Кёльне, в Священной Римской Империи, а умер 18 февраля 1535 года в Гренобле, во Франции. Он известен как немецкий гуманист, врач, алхимик, натурфилософ, оккультист, астролог и адвокат.

Основной труд Агриппы — «Тайная [оккультная] философия» (1510, изд. 1531—1533). Это сочинение в трёх частях, последовательных описаний трёх видов магии: натуральной (natural magic), небесной и церемониальной, — отчасти этот труд стал причиной прозвания Агриппы «чернокнижником», «колдуном» и «магом». Агриппа вёл жизнь полную приключений, скитаясь в поисках обеспеченного положения и щедрого покровителя по разным городам и университетам Италии, Франции, Германии, Фландрии и Англии, будучи попеременно военным, профессором, юристом, практикующим врачом (без соответствующего диплома), историографом и т. д. Он обладал пытливостью и независимостью мысли и боролся против фанатизма и схоластических предрассудков. Однако он держался особняком и не стал определённо на сторону гуманизма или Реформации.

Эта небольшая книга — во всех смыслах уникальный трактат, написанный более пятисот лет назад. Книга впервые была издана в Кёльне в 1510 году, а затем выдержала несколько прижизненных переизданий с поправками автора в разных европейских городах.

Возможно ли предположить, чтобы в начале XVI века кто-то взялся всерьез — тщательно выстраивая аргументацию, опираясь на логику, цитируя исторические тексты и призывая на помощь Библию, апеллируя к философам и поэтам древности — отстаивать возмутительный тезис о превосходстве женщин над мужчинами? Мол мужчина изначально ниже женщины и ближе к животным, так как Господь создал Адама раньше Евы, и изготовил его из земли, а женщина стала самым последним созданием Господа и возникла не из праха, а из более высокой субстанции — из ребра Адама.

Агриппа приводит также множество других доказательств высокого достоинства и превосходства женского пола над мужским. Это даже в наше время кому-то может показаться оскорбительным и унижающим нежное мужское достоинство, которое традиционно, благодаря физической силе мужчин, веками считалось незыблемым и гораздо более высоким. И это в Европе, в так называемых развитых странах, где женщины сравнительно недавно формально получили равные политические права с мужчинами, хотя в быту гендерное неравенство еще далеко не преодолено. А в других частях мира, культурах и религиях женщина остается существом второстепенным, подчиненным мужчине. Зачастую роль женщин в семье и обществе все еще близка к положению домашнего скота.

Агриппа Неттесгеймский, знаменитый богослов, мистик, алхимик, гуманист и натурфилософ, более пятисот лет назад написал именно такой удивительный трактат. Церковь немедленно встретила это сочинение в штыки, и автору пришлось покинуть Кёльн и скрыться во Франции, а потом в Англии. Позже он вернулся, так как у известного врача были высокопоставленные покровители. Но эта защита была зыбкой и не всегда надежной.

Агриппа был человеком, чьи главные философские труды о магии и колдовстве были внесены католической церковью в «Индекс запрещенных книг». А его краткая, но великолепная «Речь о достоинстве и превосходстве женского пола», оказалась глубоким, аргументированным, удивительно смелым и дерзким сочинением. В принципе этот текст можно понимать, как объяснение автора в любви ко всем женщинам. Но религиозная нетерпимость к любой ереси в те времена была такова, что автор за такие взгляды вполне мог быть подвергнут инквизиции, отравлен или убит подосланными убийцами. С инквизицией Агриппа конфликтовал, когда спас от казни на костре одну «ведьму», доказав инквизиторам слабость их доказательств, — против него затаили злобу. Врагов он вообще приобретал легко и всюду. Вот почему остается удивляться, что в конце жизни ему удалось укрыться в Гренобле, где он умер своей смертью.

Агриппа завершает свое сочинение словами: «Итак, если некто более пытливый, чем я, найдет пропущенный нами веский аргумент, годный для дополнения нашего труда, я буду рад: ибо этот некто вовсе не уличает меня, а помогает мне, и своими дарованиями и ученостью делает наш хороший труд еще лучше. А чтобы не позволить сему сочинению разрастись до огромного фолианта, здесь и положим ему конец».

Скачать можно здесь: http://www.klex.ru/caq

Агриппа Неттесгеймский. Речь о достоинстве и превосходстве женского пола. — М.: Эннеагон Пресс, 2010. — 64 с.

Билл Браудер. Красный циркуляр

Эту книгу не согласилось издать на русском языке ни одно российское издательство. Ее выпустили в Киеве, но купить ее в России нельзя, хотя книга официально не объявлена экстремистской или запрещенной. Согласитесь, смешно запрещать книги и ограничивать свободу слова в эпоху интернета: «Красный циркуляр» можно легко скачать или прочитать в онлайне.

Автор, Билл Браудер, посвятил свою книгу памяти Сергея Магнитского, который работал для его инвестиционной компании Hermitage Capital и погиб за решеткой, просидев под следствием около года в СИЗО.

Я полез в книжный магазин Amazon, чтобы взглянуть, что там пишут про эту книгу. Вот только три коротких отзыва.

"Hard to put down . . . Red Notice is part John Grisham-like thriller, part business and political memoir." (Andrew Ross Sorkin New York Times)

“Reads like a classic thriller, with an everyman hero alone and in danger in a hostile foreign city . . . but it’s all true.” (Lee Child, bestselling author of the Jack Reacher series)

"The story of Sergei Magnitsky's life and death is a shocking true-life thriller, and Bill Browder was the man to write it." (Tom Stoppard)

Я внимательно прочитал книгу и не могу согласиться с такими характеристиками. Это скорее маркетинговые заморочки, так как книга совершенно не похожа на классический триллер в духе Джона Гришема или Ли Чайлда, — это брехня. Более точно книгу следовало бы назвать мемуарами бизнесмена и политической публицистикой. Я глубоко убежден, что миллиардеры сами своих книг не пишут, даже биографических. Для этого существуют профессионалы: «литературные негры» или ghost writer. И такой литературный призрак в этой книге совершенно очевиден. Он не слишком талантлив: использует на протяжении книги одни и те же нехитрые и скучные приемы и пишет все это ради одной политической цели, которая становится ясной в конце книги.

Книга вполне очевидно делится на три части. Первая часть подробно и довольно увлекательно раскрывает начало биографии, учебу молодого Билла Браудера и становление его карьеры. Вторая часть описывает его пребывание в России, где он основал инвестиционную компанию Hermitage Capital, а к 2005 году стал крупнейшим иностранным инвестором. Третья часть повествует о политических аспектах биографии Браудера. Он словно забывает, что ранее был бизнесменом и инвестором. Мне представляется, что книга была написана ради этой последней части, где Браудер предстает как активный борец против коррупции и за права человека в России.

Перед основанием своей российской инвестиционной компании Hermitage Capital Браудер, британский бизнесмен Билл Браудер, внук генерального секретаря коммунистической партии США, получивший степень бакалавра по экономике Чикагского университета и MBA в Stanford Business School, был вице-президентом инвестиционной компании Salomon Brothers. Некоторое время он работал в Восточной Европе, где понял, что происходящая в бывших социалистических странах приватизация государственной собственности открывает огромные потенциальные возможности для обогащения ловкого инвестора, готового рискнуть.

Увы, вторая часть книги, о деятельности Браудера и его инвестиционной компании Hermitage Capital в России, наиболее интересная для меня, написана совсем иначе: скомкано, невнятно и не очень ясно. Лишь вскользь Браудер упоминает о спекуляциях акциями Газпрома, но что и как делает его компания для скупки акций, толком не объясняет. Даже не упоминает, что приобретение акций Газпрома иностранцами на начальном этапе официально было запрещено, хотя было несложно обойти это ограничение, создав юридическое лицо в России. Когда Браудер упомянул в книге, что в Давосе познакомился с бывшим министром финансов Борисом Федоровым, я уже было понадеялся, что сейчас он опишет схему, которую для скупки и перепродажи акций Газпрома использовал фонд UFG Федорова, но не тут-то было. Браудер подробно и эмоционально описывает, как он собирал капитал на Западе, как общался с банкирами и акулами бизнеса из США, Израиля и Европы. А то, как его пытались кинуть в процессе сбора капиталов, даже похоже на триллер. Но о подробностях своей деятельности в России он умалчивает и не распространяется о способе вывода из России капитала (а вывел не менее $1,5 млрд), когда понял, что ситуация в России меняется и опасность нарастает.

Третья часть книги опять радикально меняется. Браудер предстает перед читателем этаким слезливым неуравновешенным джентльменом, который вернулся из Москвы в семью и постоянно занят со своими детьми. Он будто бы очень переживает о безопасности своих российских сотрудников, ночей не спит, и поэтому вывозит их в Лондон, чтобы до них не добрались следователи ФСБ. Но юрист и аудитор Сергей Магнитский, неожиданно открывший, что следователи и налоговая инспекция сумели похитить $230 млн, приписывая это похищение компании Браудера, почему-то остается в Москве. Из книги многое в этой афере остается неясным.

За Магнитского всерьез берутся следователи, понимая, что Браудер со своими миллиардами уже улизнул от них. Магнитского держат год в СИЗО «Матросская тишина» и в Бутырской тюрьме, и через год он погибает в тюрьме при не слишком ясных обстоятельствах, которые Браудер характеризует как убийство. Заключительная треть книги посвящена описанию взлета политической карьеры Браудера, который донес свои взгляды на злокачественную коррупцию в России до американских конгрессменов, сумел добиться понимания в прессе, в Конгрессе и в деловых кругах США, а затем организовать при президенте Бараке Обаме самые первые американские санкции против Путина и его окружения. Эта часть книги заметно отличается от предыдущих: вскользь упомянув о создании в Лондоне своей новой инвестиционной компании Hermitage Global, Браудер больше вообще ни слова не говорит о бизнесе, капиталах, инвестициях и тому подобном, а пишет только о политике, правах человека, коррупции в России, о преступных следователях, о борьбе за справедливость, он опасается покушения ФСБ, якобы отравившей Литвиненко, об организации в США санкций против РФ, о глобальном Законе Магнитского…

К сожалению, многое в последней части книги выглядит не слишком убедительно и доказательно, хотя понятно, что книга написана именно для сообщения читателю подобных догадок и размышлений автора на политические темы. Еще один недостаток: автор опускает многие важные события в политике и бизнесе, происходившие в тех же местах и в то же самое время, о котором пишет Браудер. Это выглядит странно, но почему-то такие события и лица не затронули сознания автора, хотя понятно, что постороннее лицо, каковым, очевидно, был ghost writer, писавший эту книгу, стремился сконцентрировать внимание на одном заказанном предмете, не отвлекаясь на посторонние подробности.

Судя по тому, как Путин заинтересованно высказывается о Билле Браудере (например, во время пресс-конференции в Хельсинки во время саммита с президентом Трампом в июле 2018), мы еще увидим продолжение этой истории. Возможно, продолжение будет довольно драматическим.

Билл Браудер. Красный циркуляр. Правдивая история о больших деньгах, убийстве, борьбе за справедливость и о том, как я стал личным врагом Путина (Bill Browder. Red Notice: A True Story of High Finance, Murder, and One Man's Fight for Justice). — Киев, Лаурус, 2015.

Владимир Зазубрин. Щепка

Обложку этой книги я нашел в интернете, а саму повесть «Щепка» прочитал в электронном виде (готов прислать файл), так как книги такой не существует — повесть, кажется, лишь однажды издавалась в 1989 году в периодике. Кто-то, наверное, отдаленно знаком с этим произведением по фильму «Чекист» (1992) Александра Рогожкина (https://youtu.be/NMU9m4qf2J0), хотя текст повести определенно сложнее фильма и обладает иными художественными достоинствами. Впрочем, это дело вкуса, о котором, как известно, не спорят.

Автор повести Владимир Яковлевич Зазубрин родился в 1895 году в Пензе, в рабочей семье, получив при рождении фамилию Зубцов. Как и многие молодые люди, он увлекся революционным движением, тем более, что его отец, железнодорожник, тоже был связан с революционерами. Будучи учеником реального училища организовал издание нелегального журнала и примкнул к большевистскому подполью. В возрасте до двадцати двух лет (когда его застала Февральская революция) он успел и подвергнуться аресту, и стать тайным сотрудником охранного отделения — так он хотел обмануть охранку, но обманул самого себя. В гражданскую войну Зубцов несколько месяцев служил в армии Колчака, а осенью 1919 года перешел к большевикам. Так что его жизнь потрепала, кидая то к одному, то к другому берегу. Наверное, как и многих других наших соотечественников.

После войны он сменил фамилию на «Зазубрин» и занялся литературной деятельностью. Ни охранка, ни Колчак, ни литература безнаказанными для него при советской власти не остались. Первое серьезное произведение молодого писателя появилось в 1921 году: роман «Два мира» — полная ужасов хроника колчаковского террора в Сибири и борьбы с ним. Роман стал взносом Зазубрина для вхождения в новую жизнь и литературу, а отзыв Ленина о романе обеспечил ему на какое-то время благословение советской власти.

Но вот закончилась гражданская война, а красный террор все продолжался. Чекисты планомерно уничтожали классового врага, а уж потом принялись и за революционеров. В 1923 году Зазубрин пишет свою «Щепку». Пишет о чекистах, которые в высоких сапогах и кожанках ходят по тем же улицам, по которым ходит он; пишет о заполненных трупами грузовиках, которые грохочут ночью и мимо его дома.

«Щепка» натуралистичная и достоверна, на сколько вообще может быть достоверным взгляд непосредственного свидетеля. Но вместе с тем, эта повесть — не мемуары и не дневник. В ней, как и в остальных произведениях Зазубрина, нет самого автора. Он так и не определился, на какой он стороне. Но нет и причитаний о жертвах революции и даже нет никакой морали, кроме морали палача.

Но если о романе «Два мира» Ленин сказал: «Страшная книга, нужная книга», то самоубийственная (в буквальном смысле слова) «Щепка» оказалась страшной и ненужной. Никому в стране победившей революции не хотелось смотреть на такие картины террора, не нужны были такие чекисты-убийцы. Прежде всего не нужны самим чекистам.

А ведь Зазубрин изобразил именно палача-чекиста. Машину для уничтожения врагов революции.  В центре этой беспримерной для русской литературы повести находится именно образ палача, помешавшегося на любви к грязной толстозадой бабе-революции, которую он упоминает всегда с заглавной буквы. Его зовут Андрей Срубов, он начальник губернской чрезвычайной комиссии. Помимо его страстной любви к Ней (к революции) у начальника губчека есть мещанка-жена и маленький сын. Это противоречие заканчивает разрывом отношений. Но у Срубова есть еще пожилая мать и даже есть друг: он тоже чекист по имени Исаак Кац, к которому с детства пристала кличка Ика.

Был еще у Срубова отец, врач, но отца по приговору ЧК расстреляли. Приговор подписывал и приводил в исполнение все тот же его друг детства Исаак Кац. Потом на кухне у Срубова он пил кофе, приготовленный его матерью, и виновато объяснял, что не расстрелять было никак нельзя: отец Срубова был идейным борцом с большевиками. И вот этот идейный противник большевиков Павел Петрович Срубов, отец чекиста Срубова, перед расстрелом говорит своему убийце чекисту Исааку Кацу:

«Желаю тебе скорейшего выздоровления. Поверь мне как старому доктору, поверь так, как верил гимназистом, когда я лечил тебя от скарлатины, что твоя болезнь, болезнь всего русского народа, безусловно, излечима и со временем исчезнет бесследно и навсегда. Навсегда, ибо в переболевшем организме вырабатывается достаточное количество антивещества. Прощай».

Такого откровения и пророчества советская власть и чекисты простить автору не смогли. В революции и гражданской войне все нормальные человеческие отношения вывернуты наизнанку и морали нет. Впрочем, какие-то странные ограничения есть: следователь изнасиловал на допросе подозреваемую Неведомскую, и Срубов приказывает расстрелять обоих. Революцию надо понимать, как страшную заразную психическую болезнь, которой поражено все общество в России.

Друг писателя Зазубрина, драматург и литературный критик Валериан Правдухин, написал предисловие к повести «Щепка», в равных пропорциях состоящее из похвалы автору и из попыток оправдать «смелую попытку молодого художника», сгладить слишком явное противоречие. Усилия оказались напрасными: повесть не была издана ни в 1923 году, как планировалось, ни позже, ни вообще при жизни автора. Он пытался писать другие произведения, основал журнал «Сибирские огни», потом его позвали в Москву, и он не устоял, поехал из Новосибирска вслед за Валерианом Правдухиным. Он долгие годы дружил с Масимом Горьким, делился своими планами, показывал и обсуждал свои новые начатые произведения. Но прикрывавший его Горький умер в 1936 году. Владимира Яковлевича Зазубрина расстреляли во время большого террора в 1937 году. И тогда чекисты спросили с него за все, в том числе, и за «Щепку». 

Эта небольшая повесть сыграла страшную роль в судьбе тех, кто был с ней связан. Почти наверняка и Валериану Правдухину, расстрелянному годом позже, также напомнили его хвалебное предисловие во славу революции. Оба были реабилитированы в 1956 году. Короче говоря, Сталин со своими чекистами в НКВД оказался намного более эффектиным контрреволюционером, чем царская охранка.

Владимир Зазубрин. Щепка. — 1923 (книга не была напечатана, и увидела свет в периодике в 1989).

Джон Гришэм. Вне правил

Отличный юридический триллер, настоящая классика жанра. Кажется, это уже тридцать пятая книга Гришэма, если считать все серийные и несерийные издания. Она побила рекорды рейтинга "Нью Йорк Таймс". Думаю, это одна из самых сильных книг Джона Гришэма за последние годы: я получил незабываемое удовольствие.

Как всегда, роман читается на одном дыхании. Но этот роман отличается дополнительной сложностью: в него вложено несколько криминальных сюжетных линий, связанных и переплетенных между собой. У адвокатов редко бывает, что они заняты исключительно одним делом. Поэтому у читателя создаётся впечатление, что он читает сборник юридических повестей: одна история связана с другой, а третья влечёт за собой трагические последствия в четвёртой.

Главный герой романа Себастиан Радд — очень нестандартный адвокат. Его офис оборудован в пуленепробиваемом фургоне с бесперебойным доступом к Интернету, шикарным баром, дорогими кожаными креслами и тайником, где хранится оружие. Его номера нет в телефонном справочнике. Его помощник, телохранитель и единственный друг — водитель, способный предупредить опасность и вырубить любых противников, что оказывается совсем не лишним. Главное: Себастиан Радд берется за такие непростые дела, от которых отказываются все. И зачастую он действует на грани закона, а то и за гранью.

В мире адвоката Радда город не имеет названия и зовётся просто Город, у напарника нет имени и он просто Напарник, несмотря на то, что и сам Город, и сам Напарник — такие важные для Радда понятия. Он не доверяет власти, полиции, страховым компаниям, крупным корпорациям и не питает уважения к судебным этическим нормам. Но когда надо вытащить из тюрьмы невиновного, будь то нищий неудачник, обвиненный в убийстве, попавший в беду старик, выстреливший в ворвавшихся к нему в дом полицейских, или даже криминальный авторитет, он всегда готов кинуться в бой. Каждый имеет право на справедливый вердикт, считает он. И ради этого он зачастую готов идти до конца, даже если приходится сильно рисковать и играть вне правил.

Читается роман отлично. Некоторые ситуации поражают своей абсурдностью и в то же время узнаваемостью. У Гришэма рельефные герои, далекие от идеала и совсем не ангелы, но умеющие защитить то, что действительно важно, — честь, достоинство, правду. А заодно не отказываются отсудить приличную материальную компенсацию.

По Гришему выходит, что теперь нормально жить в этом мире нельзя нигде. Все прогнило и пронизано коррупцией. Трудно судить, насколько описываемое Гришемом является из рук вон выходящим и редким в США, но в РФ, мне кажется, — это довольно распространенная повседневная практика. Может быть поэтому многие ситуации столь узнаваемы и понятны.

Финал романа оказывается с лёгким намёком на возможное продолжение. Ждемс.

Джон Гришэм. Вне правил (Rogue Lawyer) / Переводчик В. Антонов. — М.: АСТ, 2016. — 384 с. — Тираж 10000. — (Серия:  Гришэм: лучшие детективы). — Возрастные ограничения 16+.

Джон Гришэм. Информатор

Джон Гришем опять в своем амплуа автора юридических бестселлеров. Что в Америке ждет судью, нарушившего закон и справедливость ради больших денег? Расследованием его деятельности занимаются не силовики, а специалисты из КПДС — Комиссии по проверке действий судей. Первым делом Лейси Штольц и ее напарник Хьюго Хэтч. На связь с ними однажды выходит таинственный информатор, чтобы предоставить доказательства преступлений судьи Клаудии Макдоувер. Эта дама уже два десятка лет связана с могущественной мафиозной группировкой на побережье Флориды. Получает по три миллиона долларов в год и крышует мафиози.

А КПДС тем временем гадает: кто же этот загадочный информатор? Откуда ему столько известно? И понимает ли он, какой опасности подвергает не только себя, но и Лейси с Хьюго, бросая вызов продажным «блюстителям закона» и их безжалостным криминальным покровителям?

Идея сюжета симпатична: Сент-Огастин, самый старый город Америки на атлантическом побережье в северо-восточной части штата Флорида. Яхты, море, ресторанчики, курортное настроение. Здесь сотрудники Комиссии по проверке действий судей встречаются с анонимным информатором, который наводит их на самого коррумпированного судью в истории США, связанного с таинственной и могущественной мафией. Жизнь индейцев в Америке в эпоху индейских казино находится вне государственного контроля, что и требуется мафии, которая гребет на индейских землях свои криминальные доходы.

Несчастные ФБР-овцы в «Информаторе» много недель топчутся, чтобы заблокировать банковские счета преступника. Выходит, в Америке особенно удобно быть индейцем или негром. Это практически не раса, а профессия, или даже выигрышный билет в лотерею. Приняли тебя в племя тапаколлов, если был твой прапрадедушка индейцем, считай, тебе уже крупно повезло по жизни. За одно только это мафия платит каждому индейцу по пять тысяч в месяц. И отмывает мафия свои грязные деньги через индейские казино. А КПДС, хоть и несет потери, мужественно направляет ФБР по следам мафии, хотя этим федеральным агентам явно лень заниматься такой ерундой, у них совсем другая задача, которую им поставили в Вашингтоне — ловить арабских террористов.

Джон Гришэм. Информатор (The Whistler). / Переводчик Аркадий Кабалкин. — М.: Neoclassic, АСТ, 2017. — 416 с. — Твердый переплет — Тираж 10000 — (Серия: Гришэм: лучшие детективы).

Марио Варгас Льоса. Похвальное слово мачехе

Догадываюсь, что эта книга Марио Варгаса Льоса, перуанского прозаика и драматурга, лауреата Нобелевской премии по литературе 2010 года, разочаровала часть его читателей, особенно «высокодуховных» российских. «Похвальное слово мачехе», написанное в 1988 году, появилось в русском переводе только в 2007 году. Подозреваю, что главной причиной столь длительной задержки (а все другие его произведения переводили и публиковали незамедлительно) стала «целомудренность» российских издателей, посчитавших откровенные эротические мотивы этого произведения недопустимыми для столь серьезного писателя и нобелевского лауреата.

В нашей стране традиционно голос тела принято считать чем-то низменным, грязным, вульгарным, едва ли не унижающим достоинство высоких помыслов читателя. Ханжеская печать, оставленная православием на нашей культуре, постоянно напоминает о себе в самых неожиданных местах. Из-за того, что этот роман вышел в России с большой задержкой, Марио Варгас Льоса принято было считать автором совсем иной литературы — остросоциальных, антидиктаторских романов, осуждающих репрессивные режимы на латиноамериканском континенте. Поэтому для отечественного читателя стало неожиданностью появление такого «пикантного» романа. Фольклорные и мифические мотивы переплелись в нем с современностью и ярко выраженным эротизмом. Впрочем, роман "Похвальное слово мачехе" своим откровенным пряным эротизмом привел в замешательство читателей и критиков не только в нашей стране, но и за рубежом.

Тонкое, изощренное, поэтически-чувственно письмо романа, воспевающее интимные моменты и даже возвышающее такие проявления плоти, которые принято считать низкими и низменными, звучат столь убедительно и сильно, что оказывается значительнее довольно банальной сюжетной линии. Поэзия берет верх над прозой. Разрушенная гармония семьи восполняется высшей гармонией природного начала, торжеством слияния тела и духа.

И речь идет не только о сексе и телесной близости, но и об эстетике каждодневного существования человека. Такая эстетика зачастую выпадает из поля зрения авторов, хотя всем понятно, что королевы тоже какают. Герои романа не отказывают себе в изысканных блюдах и напитках, самым тщательным образом холят и лелеют свои тела. Немолодой дон Ригоберто соблюдает недельный распорядок и очередность ухода за телом: понедельник – ушные раковины, вторник – педикюр, и т.д. А как правильно и гармонично он испражняется! Такая маниакальная, почти механистическая педантичность выглядит почти комично.

У дона Ригоберто ухоженные уши, ни единого наглого волоска, чистые ноздри, холёные руки, скрипящий от чистоты зад и всё прочее. Желудок дона Ригоберто работает исправно, мысли его сладострастны, а ушами он способен испытывать блаженство. «Дай мне послушать твои груди», – говорит он, нежно вложив соски – сначала один, потом другой – в сверхчувствительные раковины своих ушей. Входят они точно нога в привычный башмак...

Сорокалетняя Лукреция все свободное время посвящает плотским утехам, описанным подробно, со вкусом и без ложной скромности не только с эмоционально-чувственной стороны, но и с физиологической. Возможно, такие интимные подробности супружеской жизни отпугнут какого-то консервативного читателя. Однако соль этого романа как раз в балансе отвратительно-притягательных элементов.

Третий герой романа, Альфонсо, пасынок Лукреции – просто ангелочек, – миленький, сладенький, молоденький, неискушенный. Но он близок к половому созреванию, а в украшенной золотыми кудрями головке ребенка уже зреют коварные планы покушения на сексуальность Лукреции, которая, похоже, и сама не прочь попасться на удочку юного Купидона. Никакой дидактики: автор нисколько не осуждает сексуальные фантазии мачехи.

Автор выразительно и весьма убедительно передал эротичность и чувственность своих героев, а физические и физиологические подробности переживаний героев живы и достоверны. Чтобы писать так и на такие темы в латиноамериканской стране, пребывающей в путах католического фанатизма, необходим не только талант, но и мужество.

Марио Варгас Льоса. Похвальное слово мачехе (Elogio de la madrastra). / Переводчик Александр Богдановский. — М.: Иностранка, 2007. — 224 с. — Тираж 10000. — (Серия The Best of Иностранка). — Твердый переплет.